Вслед за Вологодской митрополией мы не можем не поддержать по меньшей мере две инициативы Вологодского губернатора Георгия Филимонова. Это борьба с абортами и алкоголизмом. Аборты сейчас пытаются запретить, насколько это возможно, не только в Вологодской области. Но поскольку законодательно они разрешены, приходится работать с частными клиниками, призывая к сознательности их руководство. Иногда случаются «перегибы на местах», как называет их Георгий Филимонов. Тем не менее, по его словам, количество прерываний беременности в Вологодской области в первом квартале этого года снизилось в 13 раз по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

Короткие сообщения о значимых событиях

Уже неоднократно со мной случалось: встречу нищего на улице (ну пусть не нищего, а просто человек побирается) – протягивает он шапочку, а мне нечего ему подать. Не потому, что я поиздержался, а потому что наличности нет. Все деньги – на карточке. Хлопнешь себя по карманам, разведёшь руками: ничем помочь не могу! Вот интересно: за отсутствие налички Бог простит грех немилосердия?

О христианских истоках творчества Ольги Берггольц, оставшейся в истории голосом блокадного Ленинграда, написано немало, в том числе и в нашей газете. Но сейчас, в год 115-летия со дня её рождения, хотелось бы больше рассказать о её судьбе. Рассказать историю веры, безверия, мучительного возвращения веры, которая закончилась, быть может, уже не в этом мире. Горячо верующая девочка оставляет Бога под влиянием революционных надежд, желания обрести то, что ей кажется свободой. А затем – разочарование, распутье…

«“Это был уже 92-й год. И нас пятерых отец Иоасаф крестил. Пригласила я его в Сосновку, в дом культуры, где работала. Там зал на двести мест, и он был битком набит – слушали священника внимательно, вопросы задавали. Наш посёлок-то советский, леспромхозовский, и много приезжих было, в том числе украинцев, которые умели к священнику под благословение подойти, – у них Церковь не так сильно запрещали, как у нас. И только тогда я поняла, что здороваться за руку с батюшкой не принято… Сразу после того мероприятия меня вызвали на бюро райкома партии”.» (Из дневников редакционной экспедиции на Пинегу. Продолжение. Начало в №№ 957–962, 964–971). Корреспонденты «Веры» знакомятся с жительницей Верколы Татьяной Седуновой – хозяйкой гостевого дома «Татьянина изба».

Недавно мы рассказывали о старейшей жительнице земли – бразильской монахине Ине Канабарру Лукас. Она говорила, что своим деятельным долголетием обязана только Богу: «Он – тайна жизни. Он – секрет всего». 30 апреля в возрасте 116 лет 326 дней монахиня скончалась. Таким образом, старейший житель земли теперь «помолодел» – ею стала 115-летняя жительница Британии Этель Кейтерем.

Перед глазами картины из прошлого – детство в родном посёлочке Проковичбоже. Когда я родился, там было четыре барака из тёмных брёвен и полтора десятка домов, стоявших отдельно. Когда мне было четыре года, случилось наводнение, и многие дома уплыли в тайгу. Детей эвакуировали, везли в лодках, как дед Мазай – зайцев. Укрыли одеялами, чтобы не сильно мёрзли. Плыли через лес, где я смотрел сквозь голые ветки на голубое небо. Потом отстроились, посёлочек наш сильно похорошел.

В былые годы темы Великой Отечественной в искусстве касались лишь те мастера слова и кисти, которые сами прошли войну. Но тема всенародного подвига и неисчислимых потерь побуждает взяться за кисть и современных авторов. А как подступиться к ней, если ты родился в мирное время? Получится ли не сфальшивить, тронет ли твоя работа чьё-то сердце? Выставка «Уберечь от забвения», которая прошла в Национальной галерее Республики Коми, убеждает в том, что эти опасения молодых художников напрасны. Работы прибыли из города на Неве, их авторы – выпускники и преподаватели Санкт-Петербургской Академии художеств им. Ильи Репина. На полотнах война не только Великая Отечественная, но и нынешняя – спецоперация.

«Возле магазина и в магазине со всеми здороваюсь, со многими знаком. Вижу Карину, беженку из Львова. Она тоже замечает меня и с преувеличенной радостью машет рукой. Маленькая хрупкая женщина, всегда в чёрном. И это не требует комментариев. Чудом пробралась в Россию с семьёй. Карина шепчет: «Из скита сообщили, чтобы молились за Виктора, племянника известного одесского старца Ионы. Схватили людоловы-вербовщики из ВСУ, и целую неделю о нём ничего не известно. А ещё прислали эсэмэску с передовой. Просят меня помолиться, но у вас, священника, это получится лучше…»

Знойный июльский день. Воздух – словно тонко натянутые струны огромной арфы. Такие тонкие – аж тоньше волоска, чуть-чуть задень – тут же зазвенят на разные звонкие голоса. Потяни одну струнку – и она тут же лопнет: бдзынь! Или это ткань мыльного пузыря, заполняющая всё пространство вокруг? Вы видели мыльные пузыри? Как они сияют! Как переливаются разными оттенками красок – лиловыми, голубыми, прозрачными, чисто сияющими! Или это прозрачная нежно-шёлковая ткань? Нет, нет, всё не то… Как, как передать эту сияющую, звенящую прозрачность, светлость, яркость чистого ясного воздуха знойного дня июля? О прекрасная, неизречённая красота! Как ты блаженна, как ты чиста, как приятно окунуться в чудный мир этого, сотканного из миллиардов сияющих точек, света-воздуха. Какое блаженство играть на струнах чистоты этой арфы, касаться этой прекрасной ткани. Как она звучит, звенит на все лады, переливается, перекатывается под лёгким, нежным прикосновением твоей ладони. О, как прекрасно вдыхать в себя эту красоту, пари́ть, порхать, сливаться с нею. И слушать, слушать и созерцать!

Низкая рождаемость – одна из самых серьёзных угроз нашей стране. Да, сейчас государство уделяет много внимания повышению рождаемости. Это радует. Но сознание наших людей со времён Советского Союза изменилось мало. Старшее поколение наверняка помнит такие фразы: «Зачем нищету плодить»; «Вот выучишься/устроишься на работу/заработаешь на квартиру – потом рожай». Впрочем, нередко такое можно услышать и сегодня.
Часто можно услышать мнение, что рождаемость зависит от уровня жизни населения: мол, чем выше уровень жизни, тем ниже рождаемость. По крайней мере, статистические данные по странам показывают эту зависимость.

В мире в честь апостола Иоанна Богослова построено 785 храмов. И все они сосредоточены на материке Евразия – на других материках их нет. Больше всего Иоанно-Богословских церквей в России и в некоторых других странах.
Недалеко от Рязани, в нескольких километрах от села Константиново, где родился великий русский поэт Сергей Есенин, есть Иоанно-Богословский монастырь. Основали его греческие монахи в конце XII века.

Наступило зелёное, весёлое время. На все лады распевают птицы. Во многих местах России сейчас слышится и звонкое «крэкс-крэкс»: такой звук получается, если резко провести по частым зубьям пластиковой расчёски. Это коростель. Да уж, голос этой небольшой птички песней не назовёшь, не поёт, а дёргает (отчего в народе её зовут дергачом).
Зато у коростеля много других талантов. Например, способность исчезать из виду.

«Из деревенского детства моего деда. Федя играет на улице с другими детьми. Мать зовёт его: “Федька, иди лапшу есть!” “А он какой – водяный али молоканый?” Если “молоканый”, то пойдёт. А лапшу на воде можно и прогулять. Я, Федькина внучка, не очень люблю варёное тесто и терпеть не могу нагретое молоко». В выпусках (№ 966 и № 968 мы опубликовали подборку небольших рассказов почившей в августе 2024 года сценариста и литератора Виктории Евсеевой. Эта часть её «Любимых открыток» завершает публикацию.

Мы всю жизнь прожили в Казахстане, в городе Кокчетаве, а папа наш – уроженец из Вологодской области, деревни Жаровихи Кич-Городецкого района. В послевоенные годы он, участник Великой Отечественной и Японской войн, ехал домой и в поезде познакомился с моей мамой. Они сразу понравились друг другу, и он ей пообещал, что съездит домой и приедет к ней в Казахстан. И действительно, он приехал.

Какие разные лица: интеллигенты, рабочие, пенсионеры, домохозяйки… А вон парень в камуфляже, вернувшийся со СВО. И на портретах – лица, лица тех, кто защитил нашу Родину. Сейчас они тоже с нами. Мы вместе – единый народ. Читайте о самом многочисленном в стране шествии «Бессмертного полка».

Однажды, когда известный в Греции старец и богослов архимандрит Иоиль (Яннакопулос) путешествовал на поезде, на одной провинциальной станции разнёсся слух, что в храме соседней деревни случилось чудо – заплакала икона…