Рубрика: Былое

Беспокойный друг

В январе исполнилось десять лет, как от нас ушёл Анатолий Саков, наш соратник, корреспондент «Веры» в 90-е годы. Боец по характеру, он продолжал «сражаться» всю жизнь: с начальством, идеологией, болезнью… Но главное – всю жизнь он учился любить Бога и верить Ему. Памяти Анатолия Петровича – публикация «Беспокойный друг». А в рубрике «Чтение» – его рассказы.

Семейные истории

Жили мы вдвоём с пожилой набожной мамой. Ранним утром она, как обычно, ушла на богослужение в церковь. Проводив её, я снова прилегла на бочок, ощущая лёгкое недомогание. Едва задремав, вдруг почувствовала, как кто-то легонько тронул меня за правое плечо.

«Наш Зеленец обходят дожди»

Анну Георгиевну Малыхину нашим читателям представлять не нужно – публикаций в «Вере», где упоминалось её имя, было очень много. Ведь все знаковые события по сохранению памяти священнослужителей Коми земли, в том числе канонизация новомучеников, произошли во многом благодаря кропотливому труду и энергии этого человека. И если кто захочет узнать подробности служения своих предков-батюшек – все дороги ведут к Анне Георгиевне.

Воспоминания Степана Мышкина

В апреле 2020-го мы опубликовали в газете воспоминания вятчанина Степана Ермолаевича Мышкина о войне. Прислала их в редакцию наша читательница, младшая дочь Степана Ермолаевича, Зинаида Ельсукова (Мышкина). Сегодня хотим представить вашему вниманию другую часть воспоминаний Степана Мышкина – о жизни деревни в довоенное время. Не ставя такой задачи, автор смог показать, кем был настоящий русский крестьянин, как он жил и благодаря кому же мы победили в страшной войне.

Память о Писахове

В мае исполнилось 80 лет со времени кончины самобытного писателя Севера – архангелогородца Степана Григорьевича Писахова (1879–1960). Нельзя не отдать должное вкладу Писахова в культуру Русского Севера. Чего стоит только его замечательная формула: «Север своей красотой венчает земной шар». Замечательно и превращение в 1920-х годах Писахова из интеллигентного еврейского молодого человека, учившегося в Петербурге и Париже, в чудаковатого старика-моховика – интересный способ примерить на себя образ юродивого в светском окружении.