Автор: Владимир Григорян

Наше общее дело

Дорогие братья и сёстры! Хотим попросить вас о посильной помощи в распространении «Веры». Несмотря на то что с нами остаётся большинство подписчиков (в отличие от многих других изданий в стране), в последние полгода в связи с ограничениями для посещения храмов стало заметно меньше газет распространяться через церковные лавки. Газету берут несколько приходов в Петербурге, в Кирове, Архангельске и в других местах, но в целом дела в этой области обстоят не самым лучшим образом

Церковь и призрак коммунизма

Для кого-то 1990-е «лихие», а для православных в нашей стране это «золотые годы»; для кого-то 1960-е – это «оттепель», а для Церкви нашей это мрачные годы гонений. Наш корреспондент попытался осмыслить, почему в СССР при Никите Хрущёве поднялась волна гонений на верующих. Ведь в годы войны они проявили себя настоящими патриотами Отечества.

Бог есть, потому что…

Вспоминается разговор с неверующим, который признал, что идея Бога, в принципе, нужна, ведь она воспитывает хорошее, ограничивает в дурном, мешает человеку превратиться в чудовище («Если Бога нет, то всё позволено») и так далее. За этим, однако, последовало резюме: «Это лишь доказывает то, что Бог есть плод человеческого воображения, возникший в силу потребности».

«Какая вера, такая и жизнь»

Люди перестали понимать, зачем рожать детей, как воспитывать их, чтобы они жили для служения, для вечности, а не просили от рождения до смерти: «Мама, дай. Папа, купи». В этом причина низкой рождаемости, считает Максим Стыров, священник и учёный.

Святой Дух и война

Очередная публикация Владимира Григоряна из серии о мифах Великой Отечественной посвящена домыслам о том, что на момент начала войны, в 1941 году, Красная Армия имела материальное превосходство перед вермахтом, которое бездарно растратила первые месяцы войны. И дело не только в ненадёжности наших танков. «По техрегламенту каждые 500 км танк должен был проходить техническое обслуживание, – комментирует на страничке “ВКонтакте” анонс публикации наш читатель Максим Третьяков. – Когда приказали отступать, то пробег в 1000 км был для танков невозможным, поэтому большинство танков было брошено при отступлении. Кроме того, часто просто заканчивалось топливо».