Автор: Игорь Иванов
Пинежское водополье
«Высаживаемся. Группа в сборе, и Ольга Витальевна обращается к туристам: “Мы с вами идём на территорию Артемие-Веркольского монастыря. Вон видите, семь коров и телёнок пасутся – они монастырские. А вообще официально это называется посёлок Новый Путь – по названию коммуны, которую в 1921 году организовали в стенах монастыря. Крестьяне из своих домов переселились в каменные «поповские» здания и думали, что прекрасно теперь заживут…”». (Из дневников редакционной экспедиции на Пинегу. Продолжение. Начало в №№ 957–962, 964–972). Журналисты «Веры» вместе с московскими туристами приехали в Артемие-Веркольский монастырь, где об его истории и современности рассказывает историк и экскурсовод Ольга Алина.
Борщевик
Присной памяти моя дорогая мама, Валентина Андреевна, всю жизнь проработала юристом. Сначала народным судьёй. Вторую половину жизни мама работала адвокатом и последние годы была членом коллегии адвокатов в Краснодаре. Занималась обычно гражданскими делами, обслуживала пенсионеров, была адвокатом по назначению (бесплатным). Я спрашивал, отчего с её-то огромным опытом она не берётся за серьёзные дела, где на кону большие суммы, или за резонансные уголовные дела больших начальников. Отвечала она уклончиво. Но однажды призналась, что не хочет быть причастной ко всей той грязи, которая бурлит вокруг такого рода дел. Помнится, когда я говорил с отцом-журналистом на тему кубанской коррупции, он высказывался за использование высшей меры наказания – смертной казни для особо обнаглевших высокопоставленных взяточников. Я его понимаю: насмотрелся в своей профессиональной деятельности на хапуг. Но мама к идее «высшей меры» относилась очень сдержанно. Сейчас я понимаю почему…
Пинежское водополье
«“Это был уже 92-й год. И нас пятерых отец Иоасаф крестил. Пригласила я его в Сосновку, в дом культуры, где работала. Там зал на двести мест, и он был битком набит – слушали священника внимательно, вопросы задавали. Наш посёлок-то советский, леспромхозовский, и много приезжих было, в том числе украинцев, которые умели к священнику под благословение подойти, – у них Церковь не так сильно запрещали, как у нас. И только тогда я поняла, что здороваться за руку с батюшкой не принято… Сразу после того мероприятия меня вызвали на бюро райкома партии”.» (Из дневников редакционной экспедиции на Пинегу. Продолжение. Начало в №№ 957–962, 964–971). Корреспонденты «Веры» знакомятся с жительницей Верколы Татьяной Седуновой – хозяйкой гостевого дома «Татьянина изба».
У денег разные лица
Уже неоднократно со мной случалось: встречу нищего на улице (ну пусть не нищего, а просто человек побирается) – протягивает он шапочку, а мне нечего ему подать. Не потому, что я поиздержался, а потому что наличности нет. Все деньги – на карточке. Хлопнешь себя по карманам, разведёшь руками: ничем помочь не могу! Вот интересно: за отсутствие налички Бог простит грех немилосердия?
Пинежское водополье
«Что вот эта машина? Денег, чтобы купить такую, у нас даже близко не было. Ну, нет и нет. А тут как-то очередные выборы, и я говорю жене: «Смотри, электронное голосование в Москве сделали – мы же в избирательных списках по Москве, – давай проголосуем? Тем более там какие-то подарки разыгрывают – а вдруг?» …На следующий день сообщение на телефон приходит… «Матушка, ты машину выиграла!» – «Тебе заняться нечем, всё шутишь?..» (Из дневников редакционной экспедиции на Пинегу. Продолжение. Начало в №№ 957–962, 964–970).
Мч. Андрея Стратилата и с ним 2593 мучеников (284-305)
