Рубрика: Хронограф

Жертва непреходящая

«…Это тот батюшка, который ребёнка во время крещения покалечил?» – прервала меня близкий человек, который, точно знаю, такими новостями никогда не интересуется. А мне к слову пришлось упомянуть гатчинского игумена. Спрашиваю: «А ты-то откуда знаешь?» – «Видела где-то в бегущей строке, не помню…» Вот же как эту историю, случившуюся в августе, раздули – из каждого утюга о ней до сих пор вещают! Во-первых, никто никого не покалечил. В одной из гатчинских церквей игумен Фотий (Нечепоренко) крестил годовалого ребёнка полным погружением. Купель оказалась маловата, пришлось рукой погружать головку под воду. Ребёнок заплакал, мать кинулась отбирать его у священника…

Наука святых

Думаю, у каждого есть по жизни «свой» святой. Даже не один. Мне, например, не раз явно помогали на жизненных перекрёстках Николай Угодник и святитель Стефан Пермский. Но есть у меня первый «учитель», с которым ещё в молодости выстроились, можно сказать, личные отношения, – преподобный Леонид Устьнедумский, «пермцев просветитель». Узнал о нём во время одной из первых наших редакционных экспедиций по Северу, в 1995 году. В селе Озерское в церковь нас провёл о. Николай Ершов, ныне почивший. «Прикладываемся к иконе св. Леонида Устьнедумского, – записал я тогда в дневнике. – Возвращаемся в притвор. В левом углу стоит рака, на ней изображён блаженный Леонид Устьнедумский с закрытыми глазами. Мощи его находятся под спудом, глубоко в земле. Припадаем к образу его: “Угодниче Божий Леониде, моли Бога о нас”». С того времени начал я постигать науку учиться у святых.

Бог соединяет

Конфликт с Грузией – тема, мимо которой не пройти. За последние недели мне пришлось услышать много недобрых высказываний в адрес грузин. Очередная вспышка – не первая и не последняя. Конечно же, можно сказать, как говорят дети: «Они первыми начали». Но так как мы уже взрослые, думаю, нужно сделать какие-то выводы из случившегося.
Напомню, с чего всё начиналось.

Настоящая жизнь

О том, что протоиерей Николай Агафонов – клирик самарского Петропавловского храма, известный в православной России литератор – урождённый северянин, я узнал из некролога. Родился он в Пермском крае, в селе Усьва. Это потом были Волгоград, Саратов, где батюшку назначили ректором духовной семинарии, затем – Самара. А ведь всегда в нём чувствовал северную крепкость и ясность, которую литературные критики называли «простотой». Так и писали: «Его бесхитростные рассказы написаны самой жизнью… в великой простоте».

От знаков к символам

В субботу, 1 июня, в Сыктывкаре лил дождь. А на 2 июня в городе был намечен митинг против превращения Севера в территорию свалок. Ну кто соберётся под проливным дождём? Но воскресный день выдался на редкость ясным (между прочим, на следующий день снова дождило). Это был знак для меня: идти надо обязательно.

Знак – это хороший повод задуматься о символах. Я шёл на митинг и думал: «Где-то на берегу Вычегды возле храма в заброшенном селе Цилиба шесть веков лежат мощи преподобного Димитрия, одного из ближайших учеников Стефана Пермского. И буквально в нескольких километрах в этой же самой земле кому-то пришла мысль устроить крупнейшую свалку в Европе. Ну и начали строить, не имея на это никаких законных оснований. Ну то есть где Москва, а где какая-то там Нижняя Вычегда, болотистый край. «Что, там люди живут? Переживут…»

Понимают ли те, кто принимал это решение, что святость – это не просто благорастворение воздухов, что она имеет силу? Что святые – это проводники того самого огромного воинства предков, которое выходит на помощь нам в минуту скорби и опасности? Их сила входит в души наших современников, простых людей, до последнего готовых отстаивать свою землю.