Встреча с геологом

С Михаилом Борисовичем Сергеевым, несмотря на его научные регалии, мы сошлись сразу, как сходятся люди «на одной волне».

Михаил Сергеев со своей книгой «Система Солце–Земля–Луна: численные парадоксы» (фото автора)

Он – заслуженный геолог РФ, кандидат геолого-минералогических наук. А геологи мне близки – ещё с детства. Моей классной руководительницей была выпускница Горного института, которую пригласили преподавать в нашу поселковую школу за отсутствием учителя математики, и она не только нас математике учила, но и водила в походы и на «астрономические прогулки». Бывало, объявит после урока: «Кто хочет, приходите ночью к мосту». И вот собираемся мы на мосту через реку Выг, над нами бездонное небо со звёздами, и учительница вдохновенно рассказывает о космосе, показывает, где какое созвездие… Таких увлечённых людей, причём почему-то именно геологов, я в жизни немало встретил. И когда в Интернете прочитал заметку о лекции Михаила Борисовича «Удивительные совпадения в системе Солнце–Земля–Луна: случайность или замысел?», то сразу почувствовал: наш человек!

Лекцию геолог прочитал в воскресной школе для взрослых при храме Димитрия Солунского в Коломягах, что на окраине Санкт-Петербурга. Суть лекции в том, что некоторые астрономические величины, связанные с Солнцем, нашей планетой Землёй и спутницей Луной, имеют необычные численные совпадения, словно Кто-то специально всё так устроил. У других планет ничего подобного нет, а у Земли, на которой Господь насадил жизнь, есть! И что бы это значило? Может, таким образом Творец оставил нам свидетельство, что жизнь на Земле произошла не случайно, а была искусственно создана?

Чтобы встретиться с лектором, звоню в город Ломоносов, в организацию с романтическим названием «Полярная морская геологоразведочная экспедиция», где, по всем данным, он работает главным геологом. Но телефоны не отвечают. Как потом выяснилось, эта организация уже не действует и ещё весной Михаил Борисович перешёл во Всероссийский научно-исследовательский геологический институт, что на Васильевском острове. В поисках выручил меня настоятель храма в Коломягах: «Я сообщу ему, что вы ищете встречи. Он, думаю, с радостью расскажет о своих исследованиях».

И вот мы встретились. Энергичный, весёлый человек, заражающий своим энтузиазмом.

– Вы напоминаете мне мою учительницу, – говорю Михаилу Борисовичу. – Она тоже геолог, но рассказывала нам об астрономии.

– Геолог? – переспросил он. – А где работала?

– В геологической партии, которая базировалась в моём посёлке в Карелии. Они слюду искали.

– В Чупе?

– В том числе. А откуда вы знаете?

– Так Чупа – это знаменитое место среди геологов. У меня несколько товарищей там работали.

– Вот те раз! – удивляюсь совпадению. – Значит, неслучайно мы встретились. А почему вы астрономией заинтересовались? Это у геологов склонность такая?

– Да, наверно. У меня, правда, интерес к астрономии появился ещё в раннем детстве и не исчезал никогда. Но согласен, многие геологи увлекаются астрономией. Ведь всё же связано. Занимаясь изучением нашей планеты, хочется понимать, как всё началось, как и из какого материала она сформировалась, как вообще появились звёзды и планеты.

– Интересуясь этим, вы и сделали своё открытие – об астрономических совпадениях?

– Да какое открытие! Об этих совпадениях я ещё школьником узнал, прочитав о них в какой-то научно-популярной книжке. Ну а сейчас об этих совпадениях вообще очень много пишут – загляните в Интернет и сами в этом убедитесь. Моя заслуга состоит лишь в том, что я рассмотрел вопрос со всей научной строгостью и, как мне кажется, провёл его всесторонний анализ.

Понимаете, в чём дело. В советское время об этом мало говорили, представляя астрономические совпадения как некие забавные факты, «удивительные случайности», своего рода «шутки природы». Теперь же многие стали открыто писать, что эти совпадения сами собой возникнуть не могли, что за ними стоит какая-то высшая сила – неведомый нам Инженер, Конструктор, Создатель: именования разные, но суть одна. Однако кто об этом обычно пишет? Различные популяризаторы, чаще всего далёкие от науки. Поэтому у них много ошибок, натяжек и всяких там эзотерических теорий. А иногда бывает, что они пишут ещё и очень агрессивно: дважды два четыре, а значит, Бог есть, ну и, разумеется, я гений, а все, кто этого не понимает, идиоты. Конечно, я утрирую, но не очень сильно, поверьте. И подобная «популяризация», конечно же, дискредитировала тему численных совпадений в глазах серьёзных учёных. Серьёзная наука десятилетиями просто отмахивалась от этой проблемы, и авторитетные астрономы касались этой темы очень редко. А я вернул вопрос о численных совпадениях в строгие научные рамки. Среди знакомых, прочитавших мою книгу, есть и специалисты по космосу. И они признавали: «Да, Миша, крыть нечем. Проблема есть».

– А вы написали книгу?

– Да, в итоге получилась большая работа, издал её за свой счёт. Тираж, конечно, небольшой, всего триста экземпляров, но мне было важно, чтобы книга физически существовала в печатном виде. И я могу вам её подарить.

Михаил Борисович достал из портфеля две книги, двухтомник, передал мне. Заглядываю в оглавление, названия некоторых главок там длинные, пытаюсь уловить смысл: «Расчёт модельных значений среднего расстояния от Земли до Солнца и связанных с ним параметров для различных моментов геологического времени». Или, например, ещё: «К вопросу о выполнении второго базового совпадения на протяжении интервалов времени, измеряемых миллиардами лет». Множество формул, каких-то чертежей и расчётных таблиц…

– А для кого это? Обычные читатели не поймут.

– Да не пугайтесь! Это только в первом томе много вычислений. Да и то, обратите внимание, на обложку первого тома вынесена цитата из предисловия, смысл которой сводится к призыву к читателям для начала прочитать в первом томе только первую и последнюю главы – в первой дана постановка проблемы, а в последней, двенадцатой, приведены основные результаты проведённого исследования. Ну а зачем тогда десять глав между ними? А десять глав между ними – это для тех, кто не поверит в полученные результаты, или для тех, кто просто захочет всё перепроверить лично.

Ну а что касается второго тома, то он написан более доступным языком и каких-то сложных вычислений там уже нет. В этом можно убедиться, скачав книгу из Интернета, её легко там по названию найти.

Пять совпадений

– Книгу вашу прочитаю, – пообещал я Михаилу Борисовичу, – но сейчас вы могли бы кратко и понятно рассказать об этих астрономических совпадениях?

– Самых известных совпадений пять, с них и начнём. Первое известно с незапамятных времён, поскольку всегда было перед глазами. Оно в том, что размеры Луны и Солнца одинаковы, если их наблюдать с Земли. Это явно видно во время солнечного затмения, когда Луна полностью закрывает Солнце. В Солнечной системе множество спутников, но нигде такого совпадения нет, оно только у нас, жителей обитаемой планеты.

Полное совпадение Солнца и Луны при солнечном затмении. На лекции (фото А. Петрова)

– То есть размеры небесных тел и расстояния между ними так математически «подобраны», что возникает совпадение? – уточняю у геолога.

 – Именно так. Солнце во столько раз больше, чем Луна, во сколько раз оно дальше, чем Луна (примерно в 400 раз). Выражаясь чуть более строго, отношение расстояния от Земли до Солнца к расстоянию от Земли до Луны равно отношению диаметра Солнца к диаметру Луны, в результате чего видимые размеры солнечного и лунного дисков на земном небе одинаковы. Словно Кто-то устроил так специально, и в древности многие усматривали в этом совпадении указание на совершенство творения.

Равенство кажущихся размеров солнечного и лунного дисков даёт нам удивительную возможность иногда наблюдать величественную картину полных солнечных затмений. В 1981 году мне посчастливилось увидеть её, находясь в тайге в Амурской области, и это событие остаётся одним из самых ярких впечатлений всей моей жизни. Представляю, какое потрясающее впечатление это могло производить на людей в древние эпохи.

– Наверное, такая правильность в небе была видна даже пещерным людям! Кругом предметы, животные разного размера, а в небе два конгруэнтных диска, – представилось мне. – Явный знак, что мир искусственно создан. Это и религию, веру в Творца, поддерживало, и начало наукам дало. Ведь если имеются правильности в природе, то природа подчиняются каким-то законам, которые можно и нужно изучать…

– С развитием науки, астрономии людям открылись и другие совпадения. Они не имеют таких эффектных внешних следствий, но их арифметическая сущность не менее удивительна. Итак, второе совпадение: отношение расстояния от Земли до Солнца к диаметру Солнца равно отношению диаметра Солнца к диаметру Земли. Это вообще ни в какие ворота не лезет – как так могло получиться? Словно и это тоже кто-то подстроил специально.

– Не совсем понял. Отношения…

– Если простыми словами, то берём расстояние от Земли до Солнца и делим это расстояние на диаметр Солнца. Получается определённая величина. А затем делим диаметр Солнца на диаметр Земли и получаем ту же самую величину – примерно 109.

Схема, поясняющая равенство отношения расстояния до Солнца к диаметру Солнца и отношения диаметров Солнца и Земли
(схема из книги М. Сергеева «Система Солце–Земля–Луна: численные парадоксы)»

Как выглядят небесные тела с разных планет (схема из книги М. Сергеева «Система Солце–Земля–Луна: численные парадоксы)»

Третье совпадение, связанное с системой Солнце–Земля–Луна, состоит в том, что период вращения Солнца вокруг своей оси, как мы наблюдаем его с Земли, совпадает по времени с реальным сидерическим периодом обращения Луны вокруг Земли. Оба они составляют 27,3 суток.

– Сидерический – это что?

– Сидерическим, то есть звёздным по латыни, называется период обращения, каким он наблюдается в системе координат, связанной с мировым пространством, то есть как если бы наблюдатель находился где-то в окрестностях удалённой звезды. А есть ещё синодический период обращения – с точки зрения наблюдателя с Земли, который вместе с Землёй движется по орбите.

– То есть совпадение получается в разных системах отсчёта? – пытаюсь разобраться. – Вот время, за которое Солнце делает оборот вокруг своей оси, – и это с точки зрения человека на Земле. И вот время, за которое Луна обращается вокруг Земли. Оба периода совпадают. Но движение Луны при этом отсчитывалось не относительно земного наблюдателя, а относительно звёзд в космосе. Получается, что совпадение неправильное?

– Почему же неправильное? Конечно, сравниваемые периоды получены в разных системах отсчёта, но они совпадают. И то, что одна из систем отсчёта по существу привязана к человеку, как раз и может говорить, что всё это обращено к человеку, чтобы он увидел и задумался. О чём? О том, что всё это очень странно. Период вращения Солнца вокруг своей оси и период обращения Луны вокруг Земли – какая между ними может быть связь? Да никакой! А между тем они одинаковы.

Четвёртое совпадение: отношение диаметра Земли к диаметру Луны составляет 3,66. Если умножить это число на 100, то получим 366 – столько оборотов Земля делает вокруг своей оси за год, облетая вокруг Солнца. Тут надо оговориться, что у нас в календарном, не високосном, году 365 дней, но оборотов вокруг оси Земля успевает сделать на один больше, то есть 366. Дело в том, что в обычной жизни мы используем так называемые солнечные сутки, которые длятся 24 часа ровно, но Земля в системе координат, привязанной к мировому пространству, вращается примерно на четыре минуты быстрее, то есть за 23 часа 56 минут – так называемые звёздные сутки. Всё хорошо, но спрашивается: а при чём здесь Луна? На первый взгляд, совершенно ни при чём. Но почему-то некий конструктор выбрал именно такой её размер, что он оказался именно в 3,66 раза меньше, чем размер самой нашей планеты, делающей оборот вокруг Солнца за 366 звёздных суток.

Пятое совпадение: а теперь, наоборот, возьмём отношение диаметра Луны к диаметру Земли. Оно составляет 0,273. Как и в предыдущем случае, умножаем это число на 100 – получаем 27,3. А ведь как раз за 27,3 земных суток Луна совершает один оборот вокруг Земли – в системе координат, привязанной к мировому пространству. Удивительно, да?

Сами по себе, каждое по отдельности, эти совпадения кажутся забавными случайностями, мол, чего только не бывает. Но взятые все вместе, они, конечно же, озадачивают, если не сказать обескураживают. Словно бы нам оставлен какой-то сигнал, сообщающий, что мы живём в мире или созданном, или как-то «подправленном» каким-то внешним Разумом.

Миг между прошлым и будущим

– Судя по вашим словам, речь идёт об очевидных вещах, тут и спорить не о чем, – удивляюсь я.

– Для кого-то, может быть, и очевидно, а для меня, как и для большинства людей, воспитанных в атеизме, совсем не очевидно, – возразил Михаил Борисович. – Да и по роду деятельности я специалист-естественник, материалист и к религии прежде не обращался. Всё, что нас окружает, объяснял эволюцией материи. Но эти совпадения, о которых я прочитал ещё подростком, всё-таки сидели во мне какой-то непонятной занозой. И я иногда даже злился на природу: ну зачем она устроила весь этот фокус?! Решила поиздеваться над нами, атеистами? Впрочем, я не могу сказать, что меня как-то мучил этот вопрос. Мало ли что в этом мире не находит рационального объяснения – и что ж теперь? Сразу обращаться к Богу? Но ведь когда-нибудь кто-нибудь, может, и найдёт вполне материалистическое объяснение всем эти «случайным совпадениям»? Но почему эти «случайности» реализовались только в случае нашей планеты – единственной планеты Солнечной системы, на которой есть разумная жизнь? Да и вообще, по современным представлениям, единственной обитаемой. Эти вопросы хоть и сидели во мне некоторой занозой, но всё же не могли поколебать моего атеистического мировоззрения. Так продолжалось до 2010 года.

– И что же случилось в 2010 году?

– А мне попалась книга «Мистерия Луны. Кто зажёг ночное светило?», которую написали два британских автора – Кристофер Найт и Алан Батлер. Книга выгодно отличалась от того, что обычно пишется на подобные темы: там не было никаких существенных неточностей. А одна мысль меня очень зацепила. Найт и Батлер акцентировали внимание на том, что некоторые астрономические параметры меняются с течением геологического времени. Так, Земля систематически удаляется от Солнца, а Луна – от Земли, а значит, увеличиваются продолжительность земного года и продолжительность лунного месяца. Кроме того, Земля систематически замедляет своё вращение вокруг оси из-за приливных взаимодействий с Луной и Солнцем, а значит, с течением геологического времени увеличивается и продолжительность суток. А раз меняются астрономические параметры, участвующие в обсуждаемых нами совпадениях, то, значит, не вечны и сами совпадения. Их не было в далёком прошлом и не будет в далёком будущем. Иными словами, они действуют только короткий, в геологическом смысле, промежуток времени – и именно в этот промежуток времени на Земле появилась человеческая цивилизация. А из этого Найт и Батлер делают вывод, что внешний Разум, который «организовал» все эти совпадения, не просто знал, что на Земле появятся разумные существа, но и знал, когда именно это произойдёт!

Эта мысль настолько впечатлила меня, что я решил: «Когда выйду на пенсию и у меня будет много свободного времени, всерьёз займусь этим вопросом…» Но прошло восемь лет, и однажды, в конце 2018 года, я принял для себя неожиданное решение: «А не надо ждать пенсии! Вдруг что-нибудь случится, и ты будешь лежать в гробу и проклинать себя: мог сделать, а не сделал! Немедленно начинаю работать!»

Главные результаты работы таковы. Да, действительно, все пять совпадений, о которых мы говорили, выполняются в нынешнюю эпоху с очень хорошей точностью. Да, действительно, все они существуют только в системе Солнце–Земля–Луна и больше не повторяются в Солнечной системе нигде! Наконец, самое главное: все пять совпадений во всей своей совокупности «действуют» с наилучшей точностью именно в нынешнюю геологическую эпоху – временное «окно» наилучшего выполнения этих совпадений «открылось» примерно 13 миллионов лет назад и навсегда «закроется» примерно через 5 миллионов лет. И именно в этом «благоприятном» интервале времени на Земле появились разумные существа и стала складываться человеческая цивилизация! Тут есть над чем задуматься!

– Но это же огромный период!

– Огромный он для нас с вами, а по меркам геологической истории – весьма короткий интервал. В сравнении с четырьмя с половиной миллиардами лет истории нашей планеты 18 миллионов лет – это почти мгновение. Это лишь только миг! Вот уж действительно: «Есть только миг между прошлым и будущим». Представьте кинофильм, в котором показана вся геологическая история нашей планеты, начиная с её образования. И в этом фильме ускоренная съёмка – в одной секунде фильма умещается один миллион лет реального геологического времени. И в таком масштабе времени получается, что весь фильм про историю нашей планеты длится к настоящему времени примерно 76 минут. И в этом 76-минутном фильме есть только один 18-секундный интервал, в течение которого обсуждаемые совпадения «действуют» с наилучшей точностью. И именно в течение этого 18-секундного интервала на Земле появляемся мы – люди! Похоже, что все эти совпадения действительно являются сигналом, предназначенным именно для нас, причём не просто для разумных существ, которые когда-то появятся на Земле, а для разумных существ, которые должны были появиться именно в нынешнюю геологическую эпоху!

Кратно скорости света

– На самом деле существуют и другие численные совпадения, связанные с параметрами системы Солнце–Земля–Луна, – продолжил Михаил Борисович. – И так получилось, что одно из них и послужило для меня толчком к тому, чтобы в конце 2018 года принять решение незамедлительно заняться разработкой всей этой темы. Дело было так. В один из вечеров ехал я с работы на метро. За тёмным окошком гремело, быстро проносились секции туннеля, а я читал какой-то текст, в котором была просто упомянута скорость света. И тут я вспомнил про ещё одно совпадение, о котором когда-то прочитал в книге Найта и Батлера: если взять среднюю скорость движения Земли по орбите (около 30 км/с) и умножить её на 10 000, то получится… скорость света (примерно 300 000 км/с). Когда-то, прочитав об этом, я не придал этому совпадению никакого серьёзного значения, а тут, в метро, задумался: «Может, в этом действительно что-то есть?»

– Вы говорите «около», «примерно». Получается, точного совпадения-то нет? – прервал я геолога, но тут же догадался, что серьёзному учёному никак не обойтись без таких вот оговорок. Во вселенной нет ничего точного – всё движется, колеблется, меняется, поэтому приходится иметь дело с приближёнными величинами, округлять цифры.

Представилось: что если бы скорость Земли равнялась постоянным 30 км/с, секунда в секунду? Это же скандал! Такая абсолютная точность сверхъестественна, она стала бы открытым проявлением Божьего присутствия. А Богу это не нужно. Человеку дана свобода верить или не верить в Творца, как и свобода любить – без свободного выбора любовь невозможна. Поэтому Господь лишь подаёт нам знаки, но не является открыто, чтобы не подавить нашу волю. Да и способны ли мы узреть Его, не сгорев как спичка?

Михаил Борисович продолжил:

– Да, абсолютно точных совпадений нет. Если мы возьмём точное значение средней орбитальной скорости Земли (29,783 км/с) и умножим её на 10 000, то ошибка совпадения полученной величины с точным значением скорости света (299 792, 458 км/с) составит аж 0,66 процента! Совпадение, конечно, грубоватое. Собственно, я потому поначалу и не придал ему особого значения. Но, вспомнив об этом совпадении в вагоне метро, я подумал, что скорость движения Земли по орбите вокруг Солнца не остаётся постоянной – она меняется в течение года. Она минимальна, когда Земля находится дальше всего от Солнца (это бывает, кстати, в самом разгаре нашего лета, в начале июля), и максимальна, когда Земля находится ближе всего к Солнцу (это бывает в начале января). А раз орбитальная скорость Земли меняется в течение года в довольно широких пределах, то, значит, каждый год должны быть такие моменты, когда скорость Земли действительно ровно в десять тысяч раз меньше, чем скорость света. Вернувшись домой, я проверил по астрономическим справочникам своё предположение и удостоверился, что так оно и есть. Каждый год в начале марта и в начале ноября действительно есть два момента, когда скорость Земли ровно в десять тысяч раз меньше скорости света. Но дело даже не в этих моментах совершенно точного совпадения. Вопрос в том, почему в принципе скорость Земли примерно в десять тысяч раз меньше скорости света. Почему здесь фигурирует такое красивое круглое число 10 000?

Догадка пришла буквально через несколько дней. Ведь если какой-то высший разум действительно хотел обратить наше внимание на необычные соотношения астрономических параметров системы Солнце–Земля–Луна, то он должен был начать с того, чтобы выбрать расстояние от Земли до Солнца.

– Почему именно с расстояния начать?

– А дело в том, что в первую очередь Земля должна была обязательно находиться в так называемой зоне комфорта Солнечной системы, то есть на таком расстоянии от Солнца, которое позволяло бы существование жизни на поверхности нашей планеты, когда было бы не слишком жарко, но и не слишком холодно – как это на других планетах Солнечной системы, включая ближайшие к нам Венеру и Марс. Главное, чтобы могла существовать жидкая вода – это непременное условие для появления и развития жизни. И в то же время расстояние от Земли до Солнца должно было быть таким, чтобы неслучайность этого параметра стала понятна будущим разумным обитателям Земли. И оба эти параметра в точности соблюдены!

– Вы натолкнули на интересную мысль, – поделился я с Михаилом Борисовичем своим соображением. – Я читал, что такими «параметрами жизни» являются фундаментальные физические константы: гравитационная постоянная, масса электрона, скорость света и другие, – их к настоящему времени найдено 37. Чуть-чуть измени любую константу – и наш мир исчезнет. Одновременное возникновение этих констант математически невероятно, поэтому многие учёные относились к ним благоговейно. Эйнштейн писал: «Вопрос о физических константах – это один из самых интересных вопросов вообще, какие только можно, пожалуй, задать. Откуда они произошли? Уж не выбрал ли их Бог в некотором роде наобум, взявшись за сотворение мира?» Но те «земные» параметры, о которых вы говорите, ещё более удивительны! Физические константы всё-таки являются тканью материального мира, они явлены вместе со всей вселенной. А вот эти расстояния, размеры, связанные с нашей планетой, совершенно необязательны для космоса. Да ещё со странными совпадениями величин, которые не несут никакой функции! Кроме информационной.

– О чём и речь.

Что дальше?

– И что же было дальше, когда разобрались с неслучайностями? – продолжаю расспрашивать.

– После той догадки я целиком погрузился в работу и на протяжении пяти с половиной лет, вплоть до выхода обоих томов книги, всё своё свободное время посвящал этому исследованию. За исключением разве что двух месяцев, которые провёл в больнице.

– А что случилось?

Михаил Борисович, что-то вспомнив, улыбнулся:

– Через пять месяцев после того, как я начал плотно работать по проблеме совпадений, со мной произошёл несчастный случай – падение с высоты. Моя жена как-то пошутила: «Миш, если бы я не знала, что всем этим ты начал заниматься ещё до происшествия, то подумала, что здорово же ты головой ударился». Случилось это в Кронштадте, куда мы приехали с женой просто погулять по городу. Я фотографировал корабли у пирса и, подбирая ракурс, отходил назад. И не заметил, как перешагнул неограждённый край пирса. Ладно бы внизу была вода, а там оказалась каменная площадка, на которую я и упал, приземлившись правым боком и головой, переломав множество костей и раздробив часть черепа.

Ну а дальше произошло чудо… Почти мгновенно приехала скорая, которая на огромной скорости доставила меня в знаменитую сороковую больницу в Сестрорецке, где мне тут же сделали операцию. Только я ничего этого не видел. После падения три недели был без сознания, из них восемь дней – в коме. Когда пришёл в себя, то обнаружил, что в меня воткнуто шесть каких-то трубок, голова чем-то обмотана… Осознав своё положение, начал учиться жить заново, словно младенец. Научился переворачиваться на спине, спустя какое-то время – сидеть на кровати, а вот уже сделал первые шаги. Через два месяца после происшествия меня выписали на домашний режим, через три месяца поставили титановую пластину в голову, ещё через месяц вышел на работу. А потом с женой съездили на четыре дня в пробную туристическую поездку во Владимир и Суздаль. И с тех пор, слава Богу и докторам, веду активный образ жизни.

– И после такого происшествия продолжили свои исследования? – сочувствую учёному. – Может, это было вам предупреждение какое-то?

– Вернувшись из больницы, почти сразу возобновил работу. Вначале по чуть-чуть, потом всё больше и больше, пока снова не разогнался в полную силу. А из случившегося я вывел правило, которое, не стесняясь, теперь пропагандирую при любом удобном случае: никогда не ходите спиной вперёд – у человека на затылке глаз нет.

– То есть надо идти туда, куда смотришь, не отворачивая глаз? Напрашивается аналогия с вашим исследованием. Ведь проще было отвернуться от этих совпадений, поскольку они не объяснимы с материалистической точки зрения.

– Можно и так сказать. А что касается предупреждения… Не думаю, чтобы это было каким-то предупреждением. Но иногда я совершенно всерьёз думаю, что, возможно, это действительно Бог тогда сохранил мне жизнь. Сохранил потому, что я ещё не закончил начатые важные дела. Прежде всего то исследование, о котором мы сейчас говорим. Ничего не хочу утверждать, но иногда я действительно именно так объясняю всё, что со мной произошло.

Но вернёмся к вашему вопросу: что же было дальше? Теперь отвечу на него совершенно в другом аспекте. Как я думаю, все последующие решения внешнего Разума о том, какими именно должны быть ключевые параметры системы Солнце–Земля–Луна, были уже направлены только на то, чтобы обратить внимание будущих разумных обитателей Земли на их неслучайность. Значения этих параметров, вообще говоря, могли быть в довольно широких пределах какими угодно, но в реальности они таковы, что оказалось возможным увязать их в достаточно стройную и внутренне непротиворечивую логическую схему, которая подробно рассмотрена во втором томе книги.

Если непредвзято посмотреть на всю совокупность фактов, связанных с численными совпадениями параметров системы Солнце–Земля–Луна, то приходится признать, что идея о целенаправленном воздействии какого-то внешнего Разума на формирование этой системы представляется наиболее логичным объяснением. В истории уже бывали случаи, когда учёные для объяснения какого-нибудь нового научного факта обращались к Высшей силе, а потом, в конечном счёте, какое-то естественнонаучное объяснение всё же находилось. Но я думаю, с численными совпадениями такого не произойдёт, их никогда не удастся объяснить естественными причинами.

Признаюсь, что по своему воспитанию я совершенно нерелигиозный человек. Да, крещёный, и крестился по своему разумению, уже в сознательном возрасте. Но это было для меня скорее актом уважения к ценностям религии и к истории нашего народа. Меня нельзя назвать верующим человеком в обычном смысле слова, я воспринимаю существование Бога прежде всего как научный факт.

– Но вам же приходится как-то сочетать это с современными естественнонаучными теориями о том, как возникли Земля, Луна и так далее?

– Происхождение Луны в настоящее время наиболее уверенно объясняется так называемой теорией гигантского столкновения. Согласно ей, Земля на завершающих стадиях своего роста испытала скользящий удар другого планетоподобного тела, в результате чего произошёл направленный выброс большого количества земного материала в окружающее пространство. Это гипотетическое космическое тело даже получило своё собственное название – Тейя, по имени матери богини Луны Селены в древнегреческой мифологии. Часть выброшенного земного материала и материала самой Тейи довольно быстро снова упала на Землю, но другая часть образовала околоземный диск, состоявший из мельчайших спутников, которые затем соединились в один крупный спутник – Луну. Эта теория хорошо объясняет самые разные научные факты, имеющие отношение к Луне. Но возникает вопрос: как в таком хаосе мог родиться спутник с очень точно заданными размерами, да ещё и обращающийся вокруг Земли по орбите с очень точно заданными параметрами?

Однако если допустить, что удар Тейи был управляемым и очень точно рассчитанным, настолько точно, что в результате этого удара и Земля, и Луна приобрели именно такие параметры, которыми они обладают, то тогда всё сходится! Был и скользящий удар, о чём уверенно говорит современная наука, но было и сознательное, целенаправленное воздействие внешнего разума, на что указывает сам факт существования обсуждаемых совпадений. В таком варианте идея об активном участии какой-то разумной силы в формировании системы Солнце–Земля–Луна вполне совместима с современными естественнонаучными представлениями.

И ещё я хочу подчеркнуть, что истина религиозная и истина научная не могут противоречить друг другу. Если и та и другая действительно являются истинами, то они могут только дополнять друг друга, но ни в коем случае не противоречить.

За горизонтом

Под конец нашей встречи обратил я внимание на задние обложки двухтомника – на них фотографии людей, с каким-то текстом.

– Первый том я посвятил своим прадеду и прабабушке – Денису Николаевичу и Анне Тимофеевне. Они простые сибирские крестьяне, старообрядцы, жили под Барнаулом. Я их не застал, но с детства много о них слышал. В своей жизни им, как и всему их поколению, пришлось пройти через сложные испытания, и то, как они это делали, служит для меня мощной внутренней опорой. Я часто мысленно к ним обращаюсь и в трудные минуты, и в обыденной жизни. И знаете, у меня есть ощущение, что они мне помогают.

А второй том посвящён моим друзьям и коллегам, с которыми в разные годы я работал в экспедициях в Антарктиде, – российскому геофизику Валерию Каулио и итальянскому геологу Франко Таларико.

– Свою книгу им подарили?

– Увы, это невозможно, оба моих товарища ушли из жизни. Но я, конечно же, подарил книги их родным, в том числе отправил по почте в Италию. Книга, кстати, издана на трёх языках – не только на русском, но ещё и на английском, и на испанском, которыми я владею. Так что книгу вдове и дочери Франко я подарил во всех трёх вариантах. К настоящему моменту электронную версию книги на разных языках я отправил уже почти трёмстам адресатам в восемнадцати странах. Цель, которую я преследую, – это самое широкое распространение всеми возможными способами всей этой информации о численных совпадениях, в том числе и путём перевода на другие языки и чтения лекций на эту тему.

С Франко Таларико я познакомился в 1994 году, когда участвовал в международной геологической экспедиции на хребет Шеклтона в Антарктиде. Мы в шутку называли себя национальными меньшинствами: один русский и один итальянец среди семнадцати немцев и англичан. Сам Франко удивительный человек. Выходец из простой семьи, он к концу жизни стал большим учёным, одним из ведущих международно признанных специалистов по геологии Антарктиды. А с Валерием Каулио познакомился в 1986 году во время своей первой антарктической экспедиции. Жизнь подарила мне тридцать лет дружбы с этим замечательным человеком. Интересно, что по происхождению он был из ингерманландцев, но такого русского человека ещё надо поискать! Мог и в драку полезть, если кто-то плохо о России скажет, – мы в шутку называли его «горячим финским парнем». Его отец и в Финскую войну, и в Великую Отечественную воевал в Красной Армии. И Валерий, и Франко были очень светлыми и талантливыми людьми. И я счастлив, что встретил их на своём пути.

– Вы много раз бывали в Антарктиде?

– Три раза в геологических экспедициях на самом континенте, один раз на морских геофизических работах около берегов Антарктиды, а один раз просто в короткой командировке. А вообще я с детства мечтал туда попасть, меня всегда тянуло к путешествиям. Можно сказать, что я из морской семьи. Папа был капитаном первого ранга, и даже мама во время войны была старшиной второй статьи на Северном флоте. В девятнадцать лет она тогда записалась добровольцем и попала служить на базу подводных лодок под Мурманском, где и познакомилась с моим отцом.

– А вы молодо выглядите для ребёнка фронтовиков.

– Я родился в 1959-м, был младшим в семье, а мои братья намного старше. Оба, кстати, окончили мореходку. Один штурман, второй радиоинженер. Ну и мой профессиональный путь тоже сложился так, что вторую его половину я в основном занимался вопросами морской геологии.

Прощаясь, я снова вспомнил о геологах, с которыми сталкивала меня жизнь, и спросил Михаила Борисовича, знаком ли он с доктором геолого-минералогических наук Павлом Васильевичем Флоренским:

– Знаете, он уже пожилой профессор, а такой увлечённый по-юношески человек! Много лет возглавлял Рабочую группу по изучению чудесных знамений при Синодальной богословской комиссии. И меня к этому делу привлекал – прям зажигал своим энтузиазмом. И вот думаю: геология с землёй дело имеет, а сами геологи находят в себе смелость заглянуть, так сказать, за горизонт. Почему так получается?

– Ну, мы, геологи, наверное, в большинстве своём очень любопытны. Для геологов горизонт событий – миллионы и миллиарды лет. Для нас это рабочие цифры, и мы мыслим в рамках геологических эпох.

Слова Михаила Борисовича напомнили евангельские: «У Господа один день, как тысяча лет, и тысяча лет, как один день» (2 Петр. 3, 8). А мы суетимся, живём здесь и сейчас. И только иногда, глядя на небо, на звёзды, что-то чувствуем и понимаем.

← Предыдущая публикация     Следующая публикация →
Оглавление выпуска