Яблоньки на память

Того, кто взял на себя подвиг и несёт его день за днём, год за годом, называют подвижником. Но в слове «подвижник» слышится не только «подвиг» – в нём слышатся полные силы слова: «движение», «сдвиги», «сподвигнуть». Видя плоды его трудов, люди делают движение навстречу и становятся сподвижниками – теми, кому не живётся спокойно, кто находит дело по сердцу.

Галина Бузанакова

Когда Галина Бузанакова решила посадить в родном селе Рождественском под Яранском яблоньки в память об окрестных деревнях, исчезнувших с лица земли, ей сказали: «Вот увидишь, никто не придёт помогать. Будешь сажать сама». Семнадцать саженцев. С них всё началось.

– Деревень не семнадцать было в округе, а сорок семь. Но побоялась, что не справлюсь, потому взяла только куст деревень, который относился к нашей – Рождественской – школе, – вспоминает Галина Вадимовна. – Позвонила каждому из бывших жителей. «Ты посадишь за свою деревню яблоньку?» – «Посажу». Кого-нибудь встречу, обниму: «Ты посадишь яблоньку?» Пришли больше 60-ти человек, и дружно мы посадили наш сад Победы. Назвали так потому, что было это пять лет назад, в юбилейный год Великой Победы.

Одна из яблонек сада Победы: в память о деревнях Конопли, Епихино, Пигалята

Принялись, зазеленели по весне деревца… Тут бы и успокоиться: хорошее дело сделано. Но покой – это не про Галину Бузанакову. Взялась она собирать по крохам сведения об исчезнувших селениях и их жителях. А помогали ей в этом местные ребята. Сейчас-то они уже выросли – кто в армии служит, кто в город уехал. Но память о том, что сделано что-то важное, хорошее, останется с ними.

Галина Бузанакова – кандидат педагогических наук, больше тридцати лет проработала учителем русского языка и литературы. Преподавала в разных учебных заведениях Кирова, последние годы – в Вятской гуманитарной гимназии. О ней, учителе-новаторе, авторе множества методик, и о её учениках не раз писали ведущие издания для педагогов: «Учительская газета», «Литература в школе». Уважаемая коллегами, любимая детьми и родителями, она могла бы продолжать сеять разумное, доброе, вечное ещё много лет, но оставила преподавательскую деятельность, вышла на пенсию и вернулась в Рождественское, где прошло её детство.

И поставила перед собой немыслимую, казалось бы, задачу – возродить родное село.

«Пробудись, душа!»

Да, того, что было в годы её детства, не вернуть: ни звеневшей ребячьими голосами школы, ни бескрайних полей колхоза-миллионера «Путь Ленина»… А ведь ещё совсем недавно, какие-то три десятилетия назад, Рождественское жило полнокровной жизнью: действовали детский сад, почта и медпункт, клуб и колхозная баня, библиотека и столовая. В 1996-м в местной школе учились 50 детей с 1-го по 9-й класс и было 12 учителей. А ещё в это время в селе трудились 24 тракториста, 21 доярка, четыре телятницы, два пастуха… И вдруг жизнь стремительно покатилась под откос.

Обратной точкой отсчёта стал 1998 год, когда в селе рухнула красавица церковь постройки начала восемнадцатого века. Не дождалась помощи. И нельзя сказать, что ничего не делалось для спасения храма Рождества Богородицы: в начале 90-х совершили обмеры, в 1995-м церковь получила статус памятника архитектуры федерального значения. Но, как это часто бывает, такой статус нередко не помогает, а мешает добровольцам оказывать первую неотложную помощь храмам. Да и кто бы в 98-м стал это делать, тем более в сельской глубинке? А дальше покатилось: в 2007-м была оптимизирована Рождественская восьмилетняя школа, в 2013-м закрыли библиотеку, затем продали и разобрали дом культуры… За несколько лет от прежней инфраструктуры не осталось в селе ничего.

Таким предстало Рождественское перед Галиной Вадимовной, когда она решила перебраться сюда насовсем. Время не тронуло, пожалуй, лишь памятник земляку Александру Ваганову, навеки 19-летнему Герою Советского Союза, погибшему в 1943-м при форсировании реки Сейм.

Памятник Герою Советского Союза Александру Ваганову

Памятник открыли на День Победы 1970 года. Галина Вадимовна помнит, как это было. Как они, школьники, перед 9 Мая отправлялись в лес за пихтовыми ветками, как обматывали их потом алыми лентами и торжественно несли к подножию памятника. И как стояли у монумента плотной кучкой фронтовики, крепкие ещё мужчины. Никого из них ныне нет, а юный Саша Ваганов в пилотке всё так же вглядывается вдаль, в сторону родной деревни Симонята, которой тоже давно уже нет. Там он летом поутру бежал в березняк собрать для мамы земляники, там пастушил, оттуда после школы ушёл учиться в ФЗО. Потом – фронт. Как в том стихотворении вятского поэта-фронтовика Овидия Любовикова: «Нет биографии – есть обелиски. Родина, ими спасённая, есть».

Памятник герою-земляку и уцелевшая колокольня храма на малой родине стали точкой отсчёта для Галины Бузанаковой. Хотя колокол был отправлен на переплавку ещё в сороковые, она словно услышала его призывный звук. «Пробудись, душа!..» – это название её книги, посвящённой истории и труженикам родного села. На обложке – залитая солнцем колокольня возле заросших рябиной руин храма, а на каждой странице вверху, значком, – церковь до обрушения. Ведь это сердце села. С большой любовью к малой родине и землякам написано, а ещё – с дотошностью и честностью историка, с талантом литератора и болью гражданина: от земли ушли, за землю сражались, землю восстанавливали – но не сберегли село. Однако родная земля всё ещё жива и подаёт людям надежду. Жизнь обязательно должна жительствовать в этом благословенном месте Вятского юга, где богатейшая природа, живы старые липы, что осеняли когда-то усадьбы местных священников, а два огромных дуба дали молодую поросль. Здесь всё – история.

Мы беседуем с Галиной Вадимовной в её уютном доме, построенном руками её отца – Вадима Дмитриевича Галикова. В местной школе он вёл уроки труда, и до сих пор ученики его, разлетевшиеся по стране, с теплом вспоминают мастерскую среди сосен, где они вдохновенно мастерили на конкурс в городе модель деревянного домика со светящимися окошками.

– Мама тоже работала здесь в школе, – говорит Галина Вадимовна. – Была и классным руководителем, и завучем. Воспитывались ребята всесторонне. В маленькой сельской школе плясали, пели, танцевали, ставили спектакли без всяких спущенных сверху директив. Трудились, конечно. Мальчишки всё лето на лошадях работали. А девочки вместе с матерями ранним утром шли в поле, в луга – и так с первого дня летних каникул до последнего. Мама вспоминала: « Бывало, ляжешь в высокую траву и смотришь на небо, и что-то доброе в тебе поселяется».

То, чем Галина напиталась в детстве, спустя годы она щедро делилась со своими учениками. Вспоминает, как много ездила с ребятами, как писали они потом сочинения – не из-под палки, не через силу, а с удовольствием. Вот во время водного похода по Карелии над их стоянкой летит лебедь. «Кто про лебедя напишет?» – «Я!» – «А я – про лунную дорожку!» – «А я – про баню в походе!»

Это был не литературный кружок, а обычный школьный класс, но ребята пробовали себя в разных жанрах, кроме скучного: один – в прозе, другой – в стихах. Съездили всем классом, вместе с родителями, в Рябово, на родину братьев Васнецовых, и кто-то из детей заговорил былинным слогом:

Из того ли то из города из Кирова,
что над Вяткою-рекою пораскинулся,
Отправлялись в экспедицию ребятушки,
в экспедицию непростую – в интегративную.
Отправлялись отцы – мужи крепкие, надёжные,
отправлялись и мамы – лебёдушки белые,
Выезжали они не на простом коне – богатырям такой конь да неведом был,
Этот конь о четырёх колёс,
о четырёх колёс, с мотором пламенным,
под капотом-то-гривой упрятанным…
Как дохнёт тот конь огнём-пламенем,
так летит стрелой по земле-матушке,
По дороженьке прямоезженькой,
по дороженьке по асфальтовой…

Чтобы мир не распадался на осколки

Что это за экспедиция такая – интегративная? А вот тут мы и подходим к сущности педагогической практики Галины Вадимовны Бузанаковой. «Интегративный» — это «объединяющий», «создающий единое целое». В образовании интегративным подходом к обучению называют принцип восстановления естественной целостности познания путём установления связей между искусственно разделёнными компонентами. Проще говоря – важно научить ребёнка радостному и целостному познанию мира. Это то, чем занимались лучшие отечественные педагоги: Василий Сухомлинский, Константин Ушинский, Лев Выготский, Симон Соловейчик и другие. И это то, от чего современная школа отошла, к прискорбию, очень далеко.

Первое, что взывает к воссоединению, – это семья. В обычной современной семье «искусственно разделённые компоненты» – все её члены. Как, вокруг чего их объединить? Галина Бузанакова придумала: она вовлекла в образовательный процесс не только своих учеников, но и их родителей, и бабушек-дедушек. Вместе с детьми взрослые ходили в ближние и дальние походы, вместе писали творческие сочинения. А потом – совместные презентации, обсуждения. В стороне не оставался ни один ученик, ни один родитель, всем было интересно. Часто встречались на родительских собраниях, которые проводились в замечательных местах – городских библиотеках. И речь там шла, конечно, не о том, что Иванов завалил алгебру, а у Петрова хромает дисциплина, – на собраниях шёл общий живой разговор, звучали песни под музыку. Обсуждали, например, новую книгу – их собственную, составленную из сочинений всех без исключения ребят.

– Я не мыслила, чтобы на собрание родительское кто-то из родителей не пришёл – мне было скучно, если кто-то из родителей отсутствовал. Я не только всех пап и мам знаю, но и все семьи целиком. И когда мы писали книгу «Память сердца» о родных, участвовавших в Великой Отечественной, я сидела с каждым из родителей, плакала над семейными историями. И случилось так, что сочинения сдали все ребята, кроме Насти. У Насти не было истории: прадед погиб на войне, а дед, его сын, ничего не знает. Я ей говорю: «Насть, мне очень жаль. У кого-то сочинение про работу в тылу, у кого-то про воинский путь, а твоего сочинения не будет». На другое утро открывается дверь, заходит Настя, подходит к моему столу и кладёт пачку – 87 писем-треугольников от прадеда с фронта! Шёпотом: «Галина Вадимовна, я вчера деда припёрла к стенке…» Прадед пропал без вести, и его сын 60 лет опасался: а вдруг отец сдался в плен и клеймо предателя Родины ляжет на семью. У деда в шкатулке эти письма лежали. «Живите как-нибудь пока без меня. Ваш папка Иван Прокопьич», – писал прадед. Отец Насти потом признался, что весь вечер плакал, читая их.

Так что книгу «Память сердца», как и остальные наши книги, можно назвать полным собранием сочинений. Писали все, и каждый потом участвовал в презентации. Ни один не оставался «за бортом».

Одно из детских сочинений на тему Память сердца

Галина Вадимовна сокрушается:

– Сегодня работа в школе ведётся в основном с лучшими учениками. Посмотрите на любое движение – например, «Первых»: кто на всех этих слётах? Актив. Среднестатистический ребёнок остаётся в стороне, он не задействован. А потом недоумевают: почему они маски собак надели? Потому что нет точки приложения сил.

«Мы ленивы и нелюбопытны», – печально замечал Пушкин. Галина Вадимовна, как классный руководитель, воспитывала своих ребят так, чтобы они не могли так о себе сказать. И словно в ответ на это судьба посылала им интересные встречи.

– Однажды мы с детьми моего класса и родителями были в байдарочном походе и приехали в Советск на скалы – это место у нас называют Вятской Швейцарией. Склоны там заросли дикой клубникой, и мы ползали собирали. Смотрю, Сашка с каким-то старичком собирают ягоды и о чём-то разговаривают. Она потом подходит ко мне: «Галина Вадимовна, я пригласила вот этого дедушку к нам вечером на костёр, чтобы он нам рассказал про войну». Решили с родителями: а что, уха есть, давайте покормим старичка. Но мы не знали до возвращения в Киров, до того как мы его пригласили на презентацию книги «Дети солнца», что это был легенда поискового движения России Герман Васильевич Якшин – организатор всего поискового движения в Кировской области! Он и в преклонных годах не сидел на месте. В надежде, что может в походе встретить тех, кто заинтересуется, носил с собой экспонаты: осколки разрывных гранат, ложку солдатскую, кружку. Тогда-то мы впервые увидели солдатский медальон. Пока сидели у костра, все уревелись, слушая рассказ Германа Васильевича.

– А что это за книга – «Дети солнца»? – спрашиваю Галину Вадимовну. – О чём она и кто автор?

– Она о нас, а авторы – мои ребята, все ученики класса. Как и все прочие наши книги, это сочинения всех ребят под одной обложкой. У каждого ребёнка на руках такая книга. А почему «Дети солнца»? Кто-то из родителей однажды заметил: а ведь мы, сколько ни ходим в походы, ни разу ещё не попали под дождь. Даже если поход недельный – всё время солнце. Выходит, мы дети солнца! А одна мама взяла и сшила всем ребятам ярко-жёлтые галстуки – пусть помнят об этом.

«Дети солнца»

Чтобы создавать целостную картину мира, нужно было придумать образовательную систему. И такая система была создана. Она охватывает ребят с пятого по одиннадцатый класс: Я – Моя семья – Моя родина. Сначала ребёнок пишет о самом себе, о том, что пришёл в этот мир и надеется вырасти счастливым. Затем дети размышляют о своей семье: в этом мире они не одиноки – есть родные, на кого можно равняться. Вместе со своими близкими дети познают наш Вятский край, его духовный и культурный мир: сёла Великорецкое, Рябово… Но родина наша больше, и в путешествиях мы узнаём это: Золотое кольцо, Болдино, Ясная Поляна, Мелихово… Ребёнок осознаёт себя частью семьи, а историю своей семьи – частью истории России. Так рождается истинная любовь к Родине.

Поездки и походы, сочинения и встречи с интересными людьми – конечно же, этим не исчерпывается школьная жизнь. Любой учитель знает, как много бывает неприятных историй и как важно вовремя заметить тревожные сигналы, не дав напряжённой ситуации превратиться в драматичную. Галине Вадимовне часто приходилось отчаянно бороться за своих учеников, не позволяя им сползти в пропасть. В молодости она серьёзно занималась альпинизмом и знает, что такое быть в одной связке. За каждого растущего человека нужно бороться всем вместе. Одна девочка из её класса связалась с одним из экстремистских сообществ, стала прогуливать школу, угрожала покончить с собой. Галина Вадимовна собрала родителей, детей, вместе выработали тактику и стратегию. «Ребят, под любым предлогом после школы не оставлять её одну!» – наставляла учеников. Всем классом в течение года отбивали её у «плохишей»: каждый день кто-то из ребят провожал до дому или наносил «случайный» визит с тортиком, девчонки зачастили в гости и звали к себе. У девушки теперь всё хорошо: окончила вуз, вышла замуж, воспитывает ребёнка, работает.

Как любой учитель, много Галина Вадимовна выслушала разных историй, но всегда она старалась понять ребёнка, занять его сторону. Рассказывает, что этому её научили воспитанники Яранской школы-интерната, где в молодости она начинала работать. Учились там дети-сироты со всей области, а располагалась она в здании нынешнего епархиального управления.

– Они мне дали мощную закалку. Завучем в их школе была замечательный педагог Тамара Алексеевна Перепёлкина – в войну она была эвакуирована с детским домом из Ленинграда, да так и осталась в Яранске. Во многом благодаря ей я и стала учителем. А мальчишки были все такие, что я из милиции не вылезала: то убегут, то чё-нибудь наделают, то на скорой кого увезут. Они меня воспитывали здорово. Но мне было с ними в каком плане хорошо? – я тогда была действующий альпинист, в воскресенье ходили в лес костёр жечь, в футбол гоняли. А там, в неформальной обстановке, припрёшь сорванца: «Ты мне будешь досаждать на уроке?» – «Не буду!!!»

Забавный случай. Идёт урок русского языка, объясняю тему: причастие. На первой парте сидит Колька Шибанов и заворожённо слушает, не моргает даже. В конце обращаюсь к классу: «Так когда же в причастном обороте запятая ставится? Коля Шибанов!» Он говорит: «Целый урок я смотрю на вас и думаю: как ваша тонкая шея удерживает вашу голову?!» Я поняла: причастие – мимо.

На уроках их мнение я должна была выслушать. До конца. И слушала все тридцать лет и три года.

«Территория детства»

– И вот что я думаю. Село Рождественское можно вернуть к жизни, только если сделать его «Территорией детства», – делится Галина Вадимовна своей заветной мечтой. – Здесь можно устроить Учебно-воспитательный центр для детей и родителей, для студентов и учителей.

Во-первых, есть материал по всем предметам. Допустим: давайте проведём сегодня День солнца. Проследим «солнечную» тему в живописи, литературе. А как солнце всходит и заходит? Пусть учитель физики расскажет. Или узнать всё про радугу, понаблюдать за скворцами, которых тут много. Наблюдаем, фотографируем, прослеживаем тему скворцов в живописи, музыке, затем обязательно пишем сочинения, причём в разных жанрах. Технические возможности позволяют все наработки отсканировать – и тут же издать книжку! А можно и фильмы монтировать.

Такой центр можно организовать как летний лагерь, по сменам. И каждый день смены работать с художником – рисовать по теме дня, писать сочинение, читать у костра какую-нибудь книгу. Можно было бы собрать сюда такие хорошие силы! Вот Нина Михайловна Колчина, создательница «дворянской» игрушки, живёт неподалёку, в деревне Дворяне, и хотя возраст ей уже не позволяет вести занятия для детей, но есть ведь достойные её ученики, а глины в округе у нас полно. (О Н.М. Колчиной мы рассказывали в № 963: «Звёзды Богородицы», январь 2025 г. А встречу с мастерицей нам устроила как раз Галина Бузанакова.)

Идею поддерживают лучшие педагоги области, и это показала конференция «В интересах детства», прошедшая недавно в Яранске. Подытожили: «“Территории детства” в селе Рождественском – быть!» Но всё упирается в финансы. Нужны государственные деньги. Если бы построили жилые домики, поехала бы молодёжь. На ту же отработку – а что бы не ехать? Работа есть, жильё есть, природа прекрасная.

Почему в Рождественском? Потому что для воспитания должна быть почва. Здесь есть тема памяти. Как становятся героями, можно рассказывать на примере Александра Ваганова: как он на маленькой речке, которую курица перешагнёт, научился плавать, а потом первым форсировал Днепр, обеспечив переправу…

Здесь есть и тема духовности. Какой добрый пример подадут юношеству потомки священника Селивановского, которые написали книгу о своём роде и поставили у нас в Рождественском памятник своему предку! Священники, что служили в Рождественском, подтверждали своей жизнью, что пастырь – это светильник, поставленный на подсвечник, чтобы освещать всё кругом.

Мечтаю здесь устроить детский ботанический сад. Сейчас создают разные «точки роста» экологической направленности. А зачем в городе-то? Давайте в деревне!

Тем более что здесь у нас аграрный район, можно много чего делать. Опытное Поле – так называется местечко недалеко от нас, где монастырь был и святой Матфей Яранский подвизался. А почему Опытное Поле? Потому что, после того как монастырь был расформирован и ликвидирован, его здания были отданы Кировскому сельхозинституту (сейчас это академия), и здесь действительно были опытные поля. У нас были огромные плантации в плодосовхозе, мы от школы ходили собирать чёрную рябину, смородину. А сейчас ведь каких только нет сортов – давайте научим людей прививать растения, размножать разными способами.

Ушинский говорил, что день, проведённый ребёнком на природе, стоит нескольких недель сидения за школьной партой. За месяц всем вместе можно так обогатиться внутренне!

Вот мы в гимназии проводили Крещенские чтения. Была встреча с кем-то из писателей, отец Александр Балыбердин с гитарой приходил – тоже наш, яранский. А Рождественские чтения в селе Рождественском можно проводить в любое время года!

Музей

На страницах «Веры» мы не раз рассказывали о «машинах времени» – сельских музеях, которые устраивают энтузиасты из местных жителей. Такой музей пять лет назад появился и в Рождественском. Пока Галина Бузанакова работала над книгой «Пробудись, душа!..», ей, словно археологу во время раскопок, открывались всё новые находки: фотографии и письма земляков и архивные сведения о селе и храме, трогательные записи проповедей последнего сельского священника, отца Никанора, и газетные вырезки о тружениках колхоза. Хотелось сохранить всё это. А сколько по чуланам и чердакам пылится вещей, которые давно вышли из употребления и которым лучше коротать век под одной крышей, рядом друг с другом, создавая картину того, как жили наши родители, бабушки и дедушки. Вот и решила Галина Бузанакова создать в Рождественском музей.

Дом для музея приобрёл на свои сбережения Михаил Махов, земляк, сын участника войны, ныне проживающий в Екатеринбурге.

– Пойдёмте, я вам всё покажу, – предлагает Галина Вадимовна, и мы выходим из натопленной горницы в холодок осеннего дня.

Через живые ворота из кустов спиреи проходим мимо бронзового Саши Ваганова и колокольни-свечи. Пять лет назад к ним прибавился ещё один памятник – огромный камень, гранит из Карелии. На нём – крест и раскрытое Евангелие. Потомки служившего в здешнем храме отца Авраамия Селивановского приезжали в Рождественское и поставили в честь своего предка и всех священнослужителей храма этот камень. Везли его на КамАЗе из Нижнего Новгорода долго, даже кузов просел.

Памятный камень, установленный потомками священника Авраамия Селивановского

– Здесь, у камня, летом очень красиво бывает, – говорит моя проводница. – Шапками по краям флоксы красные, пионы. А вон те пять сиреневых кусточков мы посадили в честь пяти мальчишек, погибших на СВО…

– Церковь наша была красавица, – вздыхает Галина Вадимовна, оглядывая в который раз руины храма. – Всё для неё было сделано здесь: кирпич, колокола, решётки. Кузнецы в селе жили знатные. А вот яблоньки наши – сад Победы. Зайцы прознали про них и повадились грызть. А так-то уже плодоносят.

Подходим к зданию музея. На его стене – баннер, посвящённый истории села Рождественское, прекрасно оформленный, в резной раме. Галина Вадимовна открывает передо мной дверь, и мы словно попадаем в прошлое. Старинные шкафчики, грабли, ткацкий станок, куклы… Чего только нет! Но главная тема для хозяйки – тема Великой Отечественной.

Тема Великой Отечественной в сельском музее – главная

– Это фото моего дяди Виктора, маминого брата, который в 19 лет погиб под Сталинградом… А это фотографии некоторых не вернувшихся с фронта солдат из окрестных деревень. Всего из жителей 47 деревень с войны не пришли 459 человек.

А это столик из дома Героя Советского Союза Якова Падерина из деревни Падерино. Он, как и Александр Матросов, закрыл своим телом амбразуру вражеского дзота. Но если у Матросова никого не было, он был детдомовец, то у этого героя дома осталось семеро детей. Когда Падерин шёл на амбразуру, чтобы прикрыть молодых солдат, он прекрасно понимал, что своих детей уже никогда не увидит.

Это солдатская кружка… Когда открывали музей, подошла ко мне старушка: «Галя, с этой кружкой папа ушёл на войну и вернулся с ней. Она все эти годы стояла у нас, пусть теперь будет в музее».

Галина Вадимовна в музее памяти и хранитель, и сторож, и дворник, и гид.

Пока хватит сил, будет нести своё служение. Такой человек. Русский Учитель.

← Предыдущая публикация     Следующая публикация →
Оглавление выпуска