Четверть века назад состоялась канонизация сестры милосердия, мученицы Аполлинарии Тупицыной. Но это было лишь начало её прославления.

Икона мученицы Аполлинарии Тупицыной

О святой Аполлинарии я впервые услышал от автора и друга нашей газеты матушки Ксении Караваевой из Котласа. «Давайте познакомлю вас с её внучатой племянницей – Галиной Тихоновной», – предложила она. В тот момент, честно признаюсь, я совершенно не представлял, о ком идёт речь. Начал кое-что сознавать, лишь читая, отыскивая один за другим житийные материалы и обнаружив, как много икон св. Аполлинарии в платье сестры милосердия с красным крестом на груди пишется и расходится по стране. Почитание этой хрупкой целительницы, расстрелянной за веру на Бутовском полигоне, уже велико и будет расти не только и не столько по воле человеческой, сколько по воле Божией. Подтвердила это и Ксения, приславшая рассказ о своём знакомстве со святой, услышавшей её молитвы.

Прославление

Прославлена была святая Аполлинария Тупицына на Поместном Соборе 2000 года в числе других мучеников, среди них были и 120 из 332 страдальцев за веру, убиенных на Бутовском полигоне. Материалы о мученице начал собирать отец Дамаскин (Орловский) с помощниками. И хотя сведений было совсем немного, но для канонизации оказалось достаточно. Уроженка Вельского уезда, она получила неплохое даже по тем временам образование и трудилась сестрой милосердия. Перед арестом жила в Москве. На допросе никого не предала. Стал известен донос, погубивший Аполлинарию. Безымянный клеветник заявил в нём:

«Тупицына мне известна с 1936 года, когда она в церкви “Знаменье” у Крестовской Заставы сколотила вокруг себя контрреволюционную группу и проводила активную антисоветскую деятельность. В случаях, когда к Тупицыной обращались за исцелением, она всегда начинала антисоветскую пропаганду. Мне известны случаи, когда Аполлинария, начиная свои исцеления, говорила, что не будет молиться до тех пор, пока гражданин, обратившийся к ней, не откажется от власти сатаны. Она говорила колхозникам, ходившим к ней, что они болеют потому, что в колхозе имеют дело с сатаной. Когда к ней пришла жена какого-то милиционера по поводу болезни ног у её мужа, то она заявила: «Молиться буду только в том случае, и Бог поможет, когда твой муж уйдёт из милиции»».

Здесь всё ложь – от начала до конца. Аполлинария в 20–30-е годы с властью не боролась, приняв её как попущение Божие. Ни про какую «власть сатаны» родные от неё не слышали. Наоборот, у святой были серьёзные разногласия с братом Григорием, настроенным более антисоветски. Мученица Аполлинария считала, что трудиться нужно ради народа, таково послушание Богу, а выгодно это власти или нет – не имеет значения. Именно такие христиане, как она, крепили нашу страну в мирное время, спасли её в войну. Вот почему убийство мученицы стало ещё одним выстрелом в нашу Родину.

Канонизация состоялась, но, кроме имени святой, мы – христиане – в тот момент знали о ней ещё очень мало. Меняться это начало благодаря Иннокентию Кулакову, тогда ещё мирянину, трудившемуся в храме Новомучеников и Исповедников Российских в Бутове. Он с помощью Марины Климовой и Ксении Караваевой продолжал искать материалы, публикуя их на сайте Пежма.ру и распространяя в виде докладов. Помогал восстанавливать храм в Вельске, где святая была прихожанкой. Его трудами, заметно дополнившими житие святой Аполлинарии времён прославления, мы и воспользуемся для рассказа о ней.

Судьба

Аполлинария Петровна Тупицына родилась 24 декабря 1878 года в деревне Тупицыне Вельского уезда, которая вместе соседней деревней, Злодиева, имела общее название – Шелюбинская. Родители, Пётр Алексеевич и Анна Павловна, всех семерых детей воспитывали верными христианами. Приписана была семья к Богоявленскому погосту, ныне Пежме.

В центре – отец, Пётр Алексеевич. Сёстры (слева направо) Серафима, Мария, Аполлинария. Справа – брат Григорий

После смерти Анны Павловны отец повторно женился. К тому времени старшие дети уже покинули родной дом, а у младших – Аполлинарии и Григория – отношения с мачехой не сложились, так что оба перебрались в Вельск, где Аполлинария окончила прогимназию, а затем и фельдшерские курсы. Отучился на них вслед за старшей сестрой и Григорий.

Аполлинария с братом Григорием

Образование святая продолжила в Москве, поступив в 1896 году на курсы сестёр милосердия, о которых известно, что там изучали анатомию, основы гигиены и ухода за больными и ранеными, бактериологию, эпидемиологию, акушерство и так далее. Обязательным было изучение латыни, а судя по учебникам, постигались и французский и немецкий языки. Аполлинария дополнительно изучила массаж и лечебную гимнастику. Прекрасно разбиралась в целительных травах. Отучившись, была принята в одну из общин Российского общества Красного Креста и служила сестрой милосердия до 1913 года.

Аполлинария – сестра милосердия

В то время она принимает решение избрать монашеский путь и поступает послушницей в Устюжский Иоанно-Предтеченский монастырь. Там Аполлинария получила благословение отправиться в числе двадцати сестёр милосердия из Устюга в прифронтовые госпитали. Так она оказалась в Киеве, в лазарете при Киево-Печерской лавре. В родную обитель вернулась в марте 1917-го, где в том же месяце, в день стояния Марии Египетской, стала рясофорной послушницей, то есть ещё не монахиней, но уже инокиней, имеющей право носить иноческие одеяния. В них и застала Аполлинарию Гражданская война.

Игумения Аркадия писала об Аполлинарии как о человеке смиренном и кротком. Но у большевиков, которые пришли грабить монастырь, сложилось о ней несколько иное впечатление. Аполлинария высказала им в лицо всё, что думает об их разбойном поведении. Последовал арест, а 21 октября 1919 года заседание Северо-Двинского революционного трибунала, учитывая «малоразвитость» инокини, владевшей как минимум латынью, решило не расстреливать её, а «подвергнуть заключению в концентрационном лагере до окончания гражданской войны». О развитости же судей можно судить по слову «манахиня», вписанному в протокол.

Располагался лагерь в стенах древнего Михайло-Архангельского монастыря, основанного ещё до монголо-татарского нашествия. Начальником был эстонец Козе – один из тех, кто принимал участие в экспроприации и обысках в обители. Все входы и выходы монастыря были замурованы, чтобы не было побегов. Заключённых выгоняли на работы, а потом запирали в кельях. Кормили баландой. Сохранилось описание этого концлагеря: «Заключённые в своей массе, безусловно, представляют из себя субъектов в наивысшей степени истощения, как ввиду недостаточности питания, так и полного отсутствия быта или места сносных гигиенических условий содержания в лагере, где нет ни вентиляции для очищения воздуха, ни мыла, хотя бы в количестве, необходимом для содержания в чистоте себя, ни белья с целью уничтожения тифозных паразитов».

Судя по всему, это описание появилось после вспышки тифа в начале 1920 года, унёсшей жизни многих узников. К счастью, Аполлинарию выпустили раньше. Как постановил трибунал, «Советская власть настолько утвердилась в массах трудящихся, что отдельные личности, как Тупицына, не могут быть вредны».

Аполлинария вернулась в свою общину, где не желавшим расходиться инокиням и монахиням из нескольких обителей власти разрешили объединиться в производственную коммуну «Путеводная Звезда». Название, судя по всему, матушки придумали сами. Вроде и по-советски звучит, но звезда на самом деле Вифлеемская.

В коммуне Аполлинария обреталась до 1927 года, после чего уехала. С собой взяла то же, что и на фронт: нехитрые пожитки и фельдшерский саквояж. Лечить людей она не переставала никогда, с саквояжем её и арестовали в 37-м.

Последние годы жила в Москве, где обосновались несколько её родственников, у которых она временами гостила, иногда же снимала комнатку. Обреталась в разных местах столицы, но перед арестом жила в Сокольниках и была прихожанкой храма Знамения Пресвятой Богородицы у Крестовской заставы. Зарабатывала тем, что нянчила детей и стирала бельё, но была известна и как хороший фельдшер, так что обращались к ней многие.

Навещала родню в Шелюбинской. Деньги, что удавалось скопить, тратила на племянников и на церковь. В деревне вспоминают, как однажды за излечение больного ей предложили деньги и стройматериалы. «Мне не надо ни денег, ни досок, лучше часовню отремонтируйте», – ответила святая целительница. Её пожелание было выполнено – часовню Александра Невского привели в порядок. Она не творила при жизни чудес, просто была очень хорошим медиком, знавшим, что не всесильна. Когда однажды тяжело заболела племянница Поля, любимица святой, которую брат Григорий назвал в её честь, тут же повезла её в Москву, где договорилась с докторами одной из лучших клиник о немедленном проведении сложной операции. Девочку удалось спасти. Тётя каждый день её навещала, но однажды не пришла.

По отрывочным сведениям, полученным от родных, арестовали Аполлинарию прямо на улице. В одной из многотиражных газет, выходивших в Сокольниках, появилась статья со словами: «Стереть с лица земли игуменью Аполлинарию!». В октябре тройка НКВД приговорила её к расстрелу. Приговор был приведён в исполнение – в тот день казнили сто сорок человек. До прославления святой Аполлинарии оставалось шестьдесят три года.

Беседа с внучатой племянницей святой, Галиной Тихоновной Онуфриевой

– Галина Тихоновна, ваша мама была родной племянницей мученицы Аполлинарии?

– Да, дочерью её брата, моего дедушки – Григория Петровича Тупицына.

– Как звали маму?

Галина Онуфриева, внучатая племянница святой

– Полина, Аполлинария – дед её в честь тёти назвал, о которой мама рассказывала, что была она очень доброй, отзывчивой, сердобольной, внимательной к людям. Вы не обращайте внимания на то, что я её тоже тётей называю, хотя она мне бабушка. Привыкла. Мама всегда говорила: «Тётя, тётя». Вот я и переняла.

Тётя окончила медицинское училище и стала сестрой милосердия в Устюжском монастыре Иоанна Предтечи, где жила до 19-го года. Когда верующих стали притеснять, а монастырь захотели закрыть, начала ходатайствовать, чтобы для стареньких монахинь, у которых нет родных, оставили хотя бы комнатку. Правду она в глаза говорила, за это её и арестовали. Месяц она находилась в тюрьме. Но православные в Устюге отстояли тётю, и сколько-то времени спустя после освобождения она уехала на родину, в деревню Шелюбинскую Вельского района. Вельск тогда был в Вологодской области, а потом его передали в Архангельскую.

У прадеда Петра было шестеро детей: два сына и четыре дочери. Он был ещё жив, когда Аполлинария приехала к ним из Устюга. Какое-то время она жила в отчем доме, потом перебралась в Москву, к старшей сестре Клавдии, но часто приезжала в Шелюбинскую, где лечила травами. И многих спасла. Молва о ней добрая шла, народ друг от друга узнавал, что есть такая, людей лечит, и к ней приходили.

Хотя она очень любила брата, моего деда Григория, но сильно журила его за непристойный характер. Он тоже был фельдшером, но говорил, что безбожникам служить не станет. «Лечить их не буду», – повторял. Вот такой был прямой и самолюбивый. А тётя объясняла, что нельзя так поступать. Может, поэтому не всё складывалось у деда, как он хотел. Стал дом строить – не достроил. Сначала отец, Пётр Алексеевич, заболел, мой прадед, и нужно было ухаживать. Потом война – тут и вовсе не до дома стало. Ушёл на войну, а когда вернулся, то и сил не хватило, и материальных возможностей. Старый-то дом потом снесли, а новый так и не построили.

Когда заболела моя мама – у неё вырос зоб, это было в 37-м году, – тётя Аполлинария сразу решила, что в Вельске ей не помогут, нужно везти в Москву. Поезда тогда ходили только до Коноши – путь от нас неблизкий, – и тётя наняла извозчика. Тётя договорилась, чтобы маму прооперировали в больнице, которая была раньше при какой-то церкви, у неё были там знакомые врачи. Сказали: «Слава Богу, что вы успели. Ещё немного – и зоб девочку задушил бы». Перед расставанием тётя пообещала маме, что скоро заберёт её из больницы. «Поленька, я приду за тобой. Не беспокойся» – так она сказала. Мама ждала-ждала, но тётя так и не пришла. Её арестовали, а родственники сказали маме, что тётю Аполлинарию задавил трамвай.

Девочка внизу, посередине – это Полина, мама Галины Тихоновны, после операции в Москве. До расстрела святой Аполлинарии остаётся несколько дней

Мама не раз вспоминала эту историю, говорила, как она благодарна тёте. После операции, слава Богу, прожила до 93 лет – в мае исполняется десять лет, как её не стало. В войну она была рядовой в батальоне аэродромного обслуживания, водила грузовик, трактором готовила полосы для взлёта и посадки самолётов. О том, что случилось с тётей, успела узнать, пока была жива: нам передали фотографию, сделанную перед расстрелом.

Последняя фотография Аполлинарии Тупицыной

– А другие ваши родственники что-то вспоминали о тёте?

– Дядя Ваня, родной брат мамы, о ней рассказывал. Аполлинария забрала его к себе в Москву семилетним и год воспитывала. Все наши одно время жили недалеко друг от друга около Сретенки. «Галя, – говорил мне дядя, – ты знаешь, тётя ведь не в одной церкви бывала, а и в той, и в той. В разные заходила помолиться. А бывало, травки собирала». И везде он с нею ходил. А иной раз пойдёт тётя далеко и дядю Ваню дома оставит: «Ты, Ваня, посиди, постараюсь скоро вернуться». Он сидит у окошечка, ждёт, а потом не выдержит и к тёте Клаве убежит. «Насижусь, – вспоминал, – и не могу удержаться». Аполлинария вернётся, а племянника нет – такой пострел. Но она его не ругала, грубого слова от неё не слышал. Своих детей не было, племянников очень любила.

– Вы когда узнали о том, как погибла мученица?

– Мы ничего не знали, что с нею стало на самом деле. И о том, что её к лику святых причислили, нам никто не сказал – жили в неведении, пока не узнали из передачи «Жди меня», что родственников мученицы Аполлинарии Петровны Тупицыной просят откликнуться. Я сейчас даже не помню, кто увидел передачу первым – вроде бы мой муж, а мы с мамой и с остальной роднёй смотрели уже при повторе. Я так обрадовалась, что даже мурашки по коже пошли. А уж как мама счастлива была, не передать! Плакала и была очень благодарна. Оказалось, что разыскивает нас Иннокентий Викторович Кулаков, староста храма на Бутовском полигоне. Сейчас он священник в Тутаеве Ярославской области, а тогда ещё был мирянином и разыскивал в архиве всё, что известно о тёте Аполлинарии. А она, видать, молилась, чтобы родным передали, что с ней случилась.

В «Жди меня» дали номер телефона Иннокентия Викторовича. Мы, конечно, тут же стали звонить, а потом поехали на встречу. Мама уже совсем старенькая была, на свою родину поехать не могла, а мы встретились в Вельском районе, в Пешне – это четыре километра от Шелюбинской, где Кулаков вместе с молодёжью взялся восстанавливать храм. Церковь была совсем заброшенной, на крыше деревья росли. Приехали мы туда, познакомились. Там уже и службы проводились тогда, священник подарил нам иконы тёти Аполлинарии. Там мы узнали, что есть кондак в память о ней и тропарь. Побывали и в Бутово, где имя нашей тёти высечено на гранитной плите. Там много имён, и её среди них. Работницы храма рассказали, что одна в честь тёти внучку назвала, другая – племянницу. Когда у меня внучка родилась, тоже назвали Аполлинарией – мама просила. А брат дал это имя дочке.

Там, в Бутово, нам показывали глубокие рвы, где расстреливали людей. А тех, кто сразу не погибал, живьём закапывали. Им в тюрьме говорили, что везут в баню, а к полуночи привозили в Бутово. А маме сказали, тётя Аполлинария попала под трамвай…

Беседа с отцом Иннокентием Кулаковым

– Отец Иннокентий, говорят, вы много сделали для памяти святой Аполлинарии. С чего всё началось?

– Прихожанином бутовской церкви я стал в 1997 году, впоследствии – сотрудником, но время, когда мы всерьёз занялись изучением судьбы мученицы, – это 2008–2009 годы. С приходской молодёжью мы готовились тогда к своей первой поездке в Пежму, где святую Аполлинарию крестили, где она была прихожанкой. Богоявленский храм был тогда не в лучшем состоянии – пришлось потрудиться, восстанавливая его. И конечно, хотелось побольше разузнать про святую.

До ареста она в Москве где-то стирала, что-то убирала, кого-то лечила – этим и зарабатывала на жизнь. В житии говорится, что расстреляна была святая Аполлинария 13 октября 1937-го. Лжесвидетели заявили, что она монахиня, выступающая против советской власти. В НКВД особо разбираться не стали – следствие было формальностью, приговор был известен заранее.

А вот о жизни святой Аполлинарии за пределами Москвы были известны лишь основные факты, но нам хотелось узнать больше. Однажды, в 2010 году, к нам на Бутовский полигон приехала съёмочная группа Первого канала из передачи «Жди меня». Они снимали сюжет о пропавших в 37-м году в надежде найти кого-то из родственников. И мы тогда попросили откликнуться тех, кто как-то был связан со святой Аполлинарией. И буквально через две недели они с нами связались, так мы познакомились с Галиной Тихоновной Онуфриевой, внучатой племянницей мученицы, с которой с тех пор поддерживаем связь.

Поиски в архивах начала матушка Ксения Караваева из Котласа, сумев кое-что разузнать в Великом Устюге. Очень много сделала Марина Климова из Москвы. Спаси их Господь. Работать приходилось в архивах Москвы, Архангельской и Вологодской областей. И постепенно перед нами начала открываться судьба святой.

– Помощь от неё ощущается?

– Да, я почитаю святую Аполлинарию, молюсь ей, и эти молитвы не остаются без ответа. Что храм в Пежме восстановлен, что там идут сейчас службы, совершилось, по моему мнению, благодаря мученице Аполлинарии. Коллеги, которые исследуют судьбы новомучеников Бутовского полигона, подсчитали, что уже восстановлены или восстанавливаются 90 процентов храмов, где молились, служили святые, погибшие во время гонений. Так что помощь несомненна.

Ощущали мы её помощь и когда искали материалы. Работа с архивами – очень тяжёлое дело: там великое множество документов и Бог весть, в какой папке лежат нужные тебе. Но вдруг откуда-то что-то появляется. В том же Устюге неожиданно выяснилось, что первый раз святая Аполлинария была арестована в 1919 году, уже тогда стала исповедницей, и была не просто послушницей, а рясофорной – это на шаг ближе к монашеству. Святые нам дают о себе знать, когда мы их об этом просим, проще говоря – происходит чудо, а это для меня лично и важно, и интересно, и показательно.

Рассказ матушки Ксении Караваевой

– Про Аполлинарию я узнала от знакомого игумена Варсонофия (Чугунова). Кое-что разузнав про святую, решила посетить место её расстрела, Бутовский полигон. Мне показалось, что это такое место, где можно переосмыслить свою жизнь, место святости. Грустная страничка в истории нашей страны. Здесь не было толп туристов. Только молчание у рвов – мест массовых захоронений. Здесь не нужен экскурсовод, не нужны слова, любой человек всё поймёт сердцем. Когда проходишь мимо щитов с фамилиями, дрожь пробирает. Прихожанка бутовского храма рассказала, что, когда местные детишки в 40-х годах ходили в школу, родители запрещали им пробегать рядом с полигоном, говоря, что местные красноармейцы стрелять учатся и могут случайно попасть в школьников. Не знали, что расстреливают там и семьями, и поодиночке, например беспризорников, за то, что украли две булки хлеба.

Побывала я тогда на службе в храме Воскресения, поразившем меня своей торжественностью и красотой. На фреске я отыскала святую Аполлинарию в полный рост. У этой иконы помолилась усердно со слезами о своём родственнике, который сильно болел, помолилась я ей с просьбой помочь побороть недуг. Он имел страсть к курению, которую никак не мог победить, а врачи настаивали, чтобы он срочно бросил, иначе умрёт. Также попросила святую помочь мне познакомиться с её родственниками, о которых прочитала, что они живут в нашей области.

Когда вернулась домой, я узнала, что в день памяти святой мой курящий родственник попал в больницу. И с тех пор не курит. Святая Аполлинария отозвалась на мою просьбу.

Прошло месяца два, и святая откликнулась на вторую мою просьбу. Галина Тихоновна Онуфриева пришла в храм, так как у неё недавно умерла мама. А я в тот день оказалась в церкви, как мне казалось, случайно, так как по будням работаю. После службы увидела плачущую на улице женщину. Решив ей помочь, успокоить, завела с ней разговор. Оказалось, она тоже живёт в Котласе, но в храм заходит редко, так что вероятность нашей встречи была очень невелика. Галина рассказала мне, что у неё в родне есть святая и она ранее говорила об этом батюшкам, но особого интереса у них к этому не было. Я же на радостях обняла её, как родного человека. Узнать о святой Аполлинарии от её внучатой племянницы было счастьем.

Икона святой мученицы Аполлинарии

В дальнейшем это знакомство переросло в дружбу. Вместе мы искали сведения про святую, чтобы дополнить её житие. В Устюге в архиве нашли дело о том, как судили святую Аполлинарию, и сообщили об этом отцу Иннокентию Кулакову. В дальнейшем мы с Галиной вместе ездили в Бутово. Число почитателей святой Аполлинарии возрастало. Есть паломники из наших краёв, которые теперь постоянно ездят на Бутовский полигон, чтобы помолиться святой у расстрельных рвов. В моей жизни появилось ещё одно святое место и пополнился круг друзей, объединённых почитанием святой Аполлинарии.

← Предыдущая публикация     Следующая публикация →
Оглавление выпуска