(Продолжение. Начало в №№ 981–995)

Последняя остановка

Из заметок Игоря Иванова:

В номере гостевого дома занимаюсь любимым делом: разглядываю карты ближних и дальних окрестностей в режиме космической съёмки. Наша экспедиция завершается, теперь главная задача – проложить обратный маршрут наиболее удобным образом. Ну а попутно я разглядываю и святыни Псковского края, в которых хотелось бы ещё побывать, да в этот раз не судьба: в Снятогорский бы и в Крыпецкий монастыри заехать, на остров на могилку к старцу Николаю Гурьянову бы на катере… Как же велика и богата святынями наша родина, если только в одной области я насчитал с десяток мест, где непременно надо побывать!.. Но времени уже до выпуска следующего номера газеты совсем не осталось, а все святые места не по пути, надо специально туда ехать. Хотя… по дороге вдоль Чудского озера, в 30 километрах от Пскова, я узрел Елизаровское озерцо, а рядом на карте стоит крестик: Спасо-Елеазаров женский монастырь. Советуюсь с Михаилом: «Может быть, заедем?» Что если в том, что он оказался на пути, есть какой-то Промысл Божий…

Михаил углубляется в Интернет и обнаруживает, что буквально на следующий день в монастыре отмечается значимая дата – 25 лет возобновления монашеской жизни в обители, которая совпадает с днём памяти преподобного Евфросина (Елеазара). Вот и прекрасно, едем! Набираю номер обители: так, мол, и так, корреспонденты, хотим нагрянуть в гости. «Добро пожаловать!» – слышим в ответ.

Вроде только вырулили на пустынное шоссе – а вот мы уже под стенами обители, выходящими прямо на трассу. Оказывается, нам уже подготовили место в гостинице «Державная» близ монастыря: мол, располагайтесь, отдохните с дороги, а к такому-то часу подходите обедать. Наверно, решили, что мы приехали на завтрашние торжества. Неловко признаться, что остановиться в монастыре мы можем только на несколько часов, а потому заходим и располагаемся в двухместном номере: навскидку – четыре звезды, притом чистота необыкновенная. Решили воспользоваться доброжелательством хозяев и прилегли отдохнуть: всё-таки до Питера отсюда через Гдов, Сланцы, Кингисепп, Красное Село пять часов езды.

Однако надолго терпения не хватает: встаём и направляемся в монастырь. На территории монастыря безлюдно, только две престарелые монахини обсуждают правильность высадки цветов. Про инокиню Евгению, с которой мы общались по телефону, говорят, что она «бегает где-то здесь». Обошли с Михаилом монастырский пруд. Обратили внимание на крест над прудом на горке, установленный, правда, за монастырской оградой.

Насельницы монастыря

Наконец видим, как навстречу идёт инокиня Евгения: она издалека узнаёт нас, да и мы – её. Невысокого роста, в апостольнике, голубые глаза, лицо в веснушках…

Представляемся, что мы приехали из далёкого таёжного края. И каково же было наше удивление, когда матушка Евгения сообщает, что она родом из Коми, и называет свою фамилию, распространённую в зырянском краю, – Семяшкина. По поводу креста сразу поясняет, что деревянный крест над прудом установлен в память о расстрелянных там в 1920 году восьми монахах. По преданию, внутри этой Святой Горки были пещеры, где древние монахи молились. Это сейчас не монастырская территория, а заброшенного муниципального детского лагеря, так что исследовать холм невозможно, но подойти ко кресту можно в обход, с другой стороны.

Инокиня Евгения

Крест в память умученных

– Репрессии по монастырю жёстко прошлись, – рассказывает инокиня. – В 1918 году, в августе, красногвардейцы утопили в Ольгином озере игумена Дометия, а ещё 12 монахов – в Псковском озере. В 37-м году более десяти насельников были расстреляны, погибли по ссылкам и лагерям. Кстати, в зырянском краю тоже погибло немало наших…

– Такой подробный отчёт… У вас есть историческое образование? – интересуемся.

– Нет, но тут у нас, знаете, по послушанию в монастыре и дояркой станешь, кем угодно, будешь и историком.

Мы ещё не знаем, что матушка Евгения архивариус Спасо-Елеазаровского монастыря и именно её игумения благословит провести нас по монастырю и рассказать о прошлом обители.

– …Даже среди моих родственников есть пострадавшие. Младшего брата моего прадеда в 28 лет арестовали ни за что – за разбитое стекло, которое он не разбивал. Арестовали и через два месяца парня расстреляли на каком-то воркутинском руднике. Мой прадед-священник тоже был арестован в Коми и расстрелян 9 мая 1938 года.

– А где это случилось?

– По-моему, в Усть-Усе, но точно не знаю. Знаю только, что его Евгением звали, и я молюсь о нём как о «пресвитере Евгении». В иноческом постриге мне имя дали в честь прадеда. К сожалению, понимаете, настолько в советское время люди были зашуганы-запуганы, что родственники скрывали такую информацию от детей. Потому что они могли проговориться, а семья и так была лишена всего: детей «врагов народа» не принимали в школу, мать не знала, чем их кормить, на работу не принимали… К сожалению, те родственники, у кого была какая-то информация, скончались уже, а мои сёстры двоюродные о нём ничего не помнят.

Словно отвлекаясь от грустной темы, матушка Евгения показывает:

– А тут у нас игуменский сад, он был изначально в монастыре. Лет десять назад мы стали садить разные сорта яблонь, поэтому очень красиво, когда разноцветие такое стоит.

– И вы собираете яблоки?

– Да, конечно! Очень крупные созревают – сортовые, хорошие яблоки. И тут у нас, слышите, очень много птиц. В советские годы здесь располагался даже орнитологический центр, потому что много заповедных птиц сюда прилетает. А в лесу, вот на этой горочке и дальше, много цветов: подснежники, ландыши, печёночница, ветреница. Владыка Евсевий говорит, что те места, где ступала нога Богородицы, покрыты вот этими сиреневыми цветами, печёночницей. И действительно, у нас вот эта горочка и ещё одна – возле источника преподобного Евфросина – весной просто усыпаны этими цветочками, всё в сиреневом цвету.

Монастырский яблоневый сад в цвету

Спасо-Елеазаровский монастырь

Наши землячки

Из записок Михаила Сизова:

Подумалось: «Почему в голливудских, да и в наших современных, фильмах блондинов изображают злодеями, а блондинок глупышками?» Учёных так же изображают: умный – значит, физически хилый и со странностями. А как же Михайло Ломоносов – здоровяк, занимавшийся боксом и поднятием гирь до самой смерти, даже в период недомогания? Или Дмитрий Иванович Менделеев? Тоже ведь отличался физической силой и мужеским характером – чтобы наблюдать солнечное затмение, он в возрасте 53 лет в одиночку совершил двухчасовой полёт на высоте более трёх километров на воздушном шаре «Русский». А Пушкин? В Михайловском для меня стало открытием, что поэт отличался развитой мускулатурой и спортивными достижениями. Нет, у нас, русских, человек должен быть прекрасен во всём – что Бог дал, то и воплощай.

К чему такие мысли? А очень уж красивым мне показался Елеазаровский монастырь: аккуратные побелённые здания, цветы кругом, живописный пруд. Хочется даже по складам сказать: и-де-аль-но! Но где-то ведь должен быть подвох? Может, здесь коммерческое что-то? Только киосков, где бы продавали ходовой товар и сувениры, что-то я не вижу. Тогда, может, порядки здесь особые, ставропигиально строгие, и все по струнке ходят? А вот и нет! Внутри внешней красоты – тоже красота, радость и душевность. Это я сразу понял, когда мы встретились с инокиней Евгенией (Семяшкиной) – человеком радостным, искренним, светлым.

Сестра Евгения ведёт нас в трапезную, по пути встречаются девушки-трудницы – и в каждой детали, в обронённом слове видно, что им здесь нравится, они здесь свои.

– Анастасья, подожди, – останавливает сестра Евгения одну из девушек. – Познакомься, наши гости из Коми.

– Из Коми?! – обрадовалась та. – У меня в Печоре бабушка с дедушкой живут.

– А у меня в Печоре родители, они родом из Щельяюра, – смеётся сестра Евгения. – Вот такие совпадения бывают.

– Да, удивительно, что именно здесь земляки встретились, – подытоживает Игорь.

– Ну, я-то родилась не в Коми, а в Кирове, – уточняет Настя.

– Всё равно земляки, – не соглашается Игорь. – Вы в какой школе в Кирове учились?

– В 61-й.

– Это где такая? В новом районе?

– В Нововятском.

– Понятно. А я учился в 16-й школе, с трёх лет жил в Кирове, теперь в Сыктывкаре.

– А вы, Настя, где учитесь? – вклиниваюсь во «встречу на Эльбе» двух вятских.

– В педучилище. В позапрошлом году поехала в Псковскую область, в Печоры, где проходил образовательный форум «Истоки», подружилась там с православной молодёжью, стала вдохновляться. И прошлым летом жила уже здесь, в монастыре, работала, уезжать не хотелось. И сейчас снова вернулась.

– В общем, затягивает, да, – смеётся сестра Евгения.

– А что здесь нравится? – спрашиваю Настю.

– Всё нравится.

– После училища чем займётесь? – продолжаю пытать девушку.

– Пока не знаю, мне ещё два года учиться, – смущается она. – Здесь рядом, в деревне Верхолино, школа есть, хотелось бы туда устроиться учительницей, чтобы быть рядом с монастырём. Там всего шестьдесят учеников, зато коллектив хороший. Но как Бог даст.

Прощаемся с девушкой, и мне хочется верить, что она действительно сюда вернётся. У трапезной инокиня сообщает: «Покушаете, и матушка настоятельница к вам подойдёт». Еда простая, но вкусная. Игорь восхищается мелкой картошечкой в мундире: «Прям как пирожные». Это же надо, картошку с пирожными сравнил! Игуменья Татиана (Пашкова) зашла в трапезную, когда мы уже чай пили, взяла себе тоже чашку – чтобы просто посидеть, познакомиться с нами, прежде чем на интервью соглашаться. Сидели за столом и как бы ни о чём говорили, Игорь вновь похвалил трапезу:

– Картошечка у вас молодая? Прям во рту тает.

– Молодая ещё не уродилась, – ответила игуменья, – а это прошлогодняя. Крупную уже всю выбрали за зиму, только мелочь осталась. Чтобы не выбрасывать, её варим.

– Значит, хорошо приготовлено, с молитвой. А хозяйство у вас большое? – спрашиваю.

– Есть огороды, скотный двор, новый коровник строим. Держим 250 курочек, сотню перепёлок. Так-то небольшое хозяйство.

Игуменья Татиана (Пашкова) (фото: eleazarovo.ru)

– Землю монастырскую вам всю передали?

– Нет, не всю, да нам пока её бы и не потянуть.

– Для земли, если всерьёз обрабатывать, специалисты нужны, агрономы.

– У меня мирская специальность – агроном-технолог. И когда пришла в монастырь, настоятельница матушка Елисавета сразу поставила на огороды. Тем более имелись навыки ещё с детства – на каникулах помогала бабушке с дедушкой с работой на земле. А другие сёстры, городские, не очень-то разбирались в этом.

– Но вы сейчас игуменья…

– Так что же? Как минимум могу подсказать, показать. Вот сейчас девочки приехали из училищ помогать нам и не знают, как правильно лопату держать. Сейчас дети все такие. Племянница, которая в Подмосковье живёт, рассказывала забавное. Привезли детей к друзьям на дачу, они заглянули в теплицу: «Мама, огурцы! А где здесь пакеты?» Они только в магазине огурцы видели. Так что наши девочки здесь тоже что-то новое для себя открывают. Хотя сильно их не загружаем, в свободное время они ходят на озеро купаться. И лес у нас хороший, осенью грибы и ягоды. Главное же – молятся с нами.

– Всё равно земле мужские руки нужны, – настаиваю на своём. – У вас есть трудники? Это же, бывает, такой контингент пьющий, даже в мужских монастырях с ними едва справляются.

– Да, обычно к нам неустроенные в жизни прибиваются, кто-то и с судимостью. Но мы к ним с уважением, особенно к тем, кто борется со своими немощами. Есть такие, которые, например, развелись, покатились по наклонной, а у нас в норму приходят, уезжают и находят себе работу. А есть такие, которые кочуют по монастырям: из одного выгонят – в другой идут. Что же делать…

– Воспитываете их?

– Мужчинам за сорок лет – как же воспитаешь? Если только Господь их надоумит. У нас как заведено? – каждое утро начинается с правила, в конце которого поём тропарь перед чудотворной иконой «Спас Елеазаровский». Трудники на молебен приходят по своему желанию, мы их не заставляем. После молитвы ко мне подходят сёстры за благословением на предстоящий день, а потом трудники – рассказывают, какие у них нужды. И вот кто пришёл на правило, с теми можно говорить, у них что-то может измениться в жизни. А кто не молится – как же ему Бог поможет?

– Вы сказали о чудотворной иконе – это не список, она древняя?

– Да, это та самая икона Спаса Вседержителя, которая чудесным образом была явлена в 1352 году в местечке Великие Пустыни под Порховом. Там на месте обретения был возведён Великопустынский мужской монастырь, проводились крестные ходы с чудотворной иконой, и она не раз спасала Псковскую землю от различных бед. А когда после Екатерининских реформ монастырь закрыли, икону перенесли в Елеазаровский монастырь, и в этом было Провидение Божие… Давайте тогда уж ко мне в кабинет перейдём, рассказывать-то долго.

Образ веры и верности

Кабинет у настоятельницы аскетически строгий: стол, стулья и иконы. Матушка продолжила:

– Как только в 2000 году первая наша настоятельница, игуменья Елисавета (Беляева), взялась за возрождение обители, она, конечно, заинтересовалась судьбой монастырских святынь. И выяснила, что в Псковском музее хранится образ «Спас Елеазаровский», который считается одним из немногих сохранившихся древнейших памятников псковской иконописи и единственный в Псковском крае. Во время Гражданской войны, когда монастырь закрыли, икону спасли музейные работники. В 1927 году реставратор Александр Анисимов, который много сделал для сохранения псковских святынь, увёз её в Москву и в 1930-м после реставрации вернул во Псков. В том же году его арестовали, а позже расстреляли.

И вот матушка Елисавета решила вернуть святыню в обитель. Нам это казалось невозможным. Да и другие сомневались. Самым знающим специалистом был тогда Савва Васильевич Ямщиков. И вот когда они вместе ехали в поезде из Москвы во Псков, матушка рассказала ему о своей задумке. Савва Васильевич спросил: «А вы понимаете, какие должны быть условия для её хранения?» Матушка тут же перечислила по пунктам: пуленепробиваемый киот, температурный режим, реставратор в штате, чтобы было постоянное наблюдение. И сказала, что они к этому очень серьёзно готовятся и что икона может жить только в храме, чтобы перед ней молились и она являла помощь людям…

Игуменья Елисавета (фото: eleazarovo.ru)

– И матушка добилась своего?

– Да, икону вернули в обитель 19 августа 2010 года. Матушка чуток не дождалась этого, она почила 4 июня. Но, наверное, сверху видела всё. Был праздник Преображения Господня, к нам в монастырь приехал Святейший Патриарх Кирилл, было очень торжественно. После передачи иконы Святейший отслужил заупокойную литию на могиле матушки.

Надгробие в часовне над могилой игумении Елисаветы (Беляевой)

– Мы видели часовню, выстроенную над её могилой. Её назвали Елисаветинской в честь игуменьи?

– Матушка ещё не прославлена, поэтому часовню освятили во имя святой преподобномученицы Великой княгини Елисаветы. Она бывала у нас в обители довольно часто, даже по нескольку раз в году, посещая своего духовника – схиархимандрита Гавриила. И после кончины старца в 1915 году также приезжала, помогала в разрешении хозяйственных вопросов. И вообще ей здесь нравилось: намоленность, красивая природа, о чём она сообщала в письмах. Об этом наша сестра Евгения подробно писала в исследовании «Спасо-Елеазарова пустынь и Царствующий дом Романовых».

– Нам сестра Евгения уже рассказывала о схиархимандрите с коми фамилией Зырянов, который прославлен как преподобный Гавриил Седмиезерский, – сразу же вспоминается мне. – И наверное, неслучайна такая духовная связь с Царствующим домом у него, насельника обители, откуда прозвучало: «Москва – третий Рим»?

– Знаете, промыслительных совпадений очень много. Основатель нашего монастыря преподобный Евфросин родился и вырос в селе Виделебье, чуть южнее Пскова, где неподалёку родились равноапостольные княгиня Ольга и князь Владимир, утвердившие православие в государстве Русь. И главная наша святыня – икона Божией Матери «Цареградская» – как бы продолжает историю. Если вы поинтересуетесь, то обнаружите такую взаимосвязь. Образ этот был чудесно явлен в Константинополе 8 мая 1071 года. Примерно в то же время, в 1054 году, случилось окончательное разделение Церкви на католическую и православную – католики называют то событие «Великой схизмой». И явление иконы именно в Константинополе стало символом того, что Божия Матерь остаётся с тем государством, где сохраняется чистота православной веры. В 1439 году Константинополь дрогнул: ища поддержки на Западе от турок-османов, он был вынужден подписать с католиками Флорентийскую унию, но вскоре от неё отказался, поскольку духовенство, народ православный восстали. К тому времени Спасо-Елеазаровский монастырь уже существовал, преподобный Евфросин основал его в 1425 году. Только обитель была тогда во имя Трёх Святителей, а Елеазаровской она стала после кончины преподобного, который в миру носил имя Елеазар и схиму перед смертью принял с тем же именем. И вот накануне завоевания Константинополя турками в 1453 году Цареградская икона пришла на Русь как дар Константинопольского Патриарха обители святого Евфросина.

– То есть как образ верности христианству?

– Получается, так. Есть описание, как братия обители встретила икону на дороге и в том месте забил источник, от которого люди стали получать исцеления. Место это известное, исстари его называют Пречистенским. Кстати сказать, после встречи иконы монастырь долгое время назывался Сретенским, то есть посвящённый встрече, – столь важное значение этому придавалось. Возможно, уже тогда, ещё до старца Филофея, преподобный Евфросин мыслил о России как о Третьем Риме. Все они молились перед «Цареградской», и формула, конечно, о Третьем Риме явилась не из головы, а по молитвам, как откровение.

Но зачем это пересказывать, вы всё можете прочитать в изданных нами книгах и что-то на сайте найти.

– К сожалению, нашим читателям эти книги недоступны, – не согласился Игорь, – и короткое, по сути изложение для них будет познавательно. «Цареградская» икона до нашего времени не сохранилась?

– Её похитили шведы или немцы из Ливонии, точно неизвестно. Но святыня им не далась. После нападения на монастырь они повезли её к себе через Чудское озеро, и корабль их затонул. Так что святыня осталась в России, до сих пор она лежит сокрытая на дне озера, что стало подтверждением словам старца Филофея: «Четвёртому Риму не быть».

С иконы в ту пору делали списки, и один из них сохранился в монастыре. Он тоже прославился чудотворениями. После революции, когда монастырь вновь разорили, святой образ православные люди сумели спасти и передали на остров Залит отцу Николаю Гурьянову. Он десятилетия его хранил. Батюшка провидчески знал, что Елеазаровский монастырь вновь откроется. Там у него на острове есть длинная песчаная коса, которую называл «дорожкой Спасителя», и он, бывало, с народом доходил до конца косы и в сторону обители рукой показывал: «Вон там Елеазаровский монастырь, он будет восстановлен». И когда монастырь открылся, старец Николай передал образ матушке Елисавете. Икону пришлось немного отреставрировать, и сейчас она в храме. Получается, обе главные святыни вернулись в нашу обитель.

Что примечательно, «Цареградская» вернулась в монастырь в мае. И матушка Елисавета радовалась совпадениям, о чём написала в статье в газете «Завтра»: вот как удивительно всё складывается в нашей истории!

Позже нашёл я эту статью, опубликованную в 2008 году. Матушка написала тогда: «Однажды отец Николай сказал: “С возрождением Спасо-Елеазаровской обители будет возрождаться вся Россия”. Тогда это было непонятно. 5 мая 2000 года были переданы Псковской епархии ключи от нашего собора Трёх Святителей. 7 мая была инаугурация Президента Владимира Владимировича Путина. 8 мая – память Цареградской иконы Божией Матери. Разве это случайное совпадение? В 2000 году закрылась последняя страница истории России эпохи развала, эпохи коммунистической. Путина Господь избрал открыть новую страницу Российской истории. Почему именно на него пало Божие благословение, мы не знаем, это знает Господь. Такое благословение не только великая честь, но и великое бремя… У нас нет царя. Но есть правящая власть, которая имеет покровительство Царицы Небесной. Молитвы Божией Матери спасут Россию и, как предсказывали наши старцы, приведут её к великой славе».

 (Окончание следует)

Фото авторов

← Предыдущая публикация     Следующая публикация →
Оглавление выпуска