8 февраля Русская Церковь чтит память новомучеников. В храмах, как положено, будут совершаться им службы. Но спросим себя по чести: а есть ли среди русского церковного народа неложная, сердечная память о новомучениках и их почитание?

Икона Собора новых мучеников и исповедников Российских, за Христа пострадавших, явленных и неявленных, написана в 2000 г. группой иконописцев Православного Свято-Тихоновского Богословского Института

Протоиерей Георгий Митрофанов пишет: «Многие годы мы, члены комиссии по канонизации, видели целью своей работы составление достоверных жизнеописаний новомучеников, которые бы открыли нашему церковному народу их подвиг. Только выяснилось, что, читая их, человек ничем не вдохновляется, не назидается и думает только об одном: как хорошо, что ничего подобного со мной не случилось. А осознанного, ответственного и, главное, широкого почитания новомучеников в русской церковной жизни не было и нет».

Не соглашусь с тем, что почитания не было. Было – в советское время, пусть и среди ограниченного круга. Книги Зарубежной Церкви с жизнеописаниями новомучеников ходили по рукам, на квартирах и в храмах тайно совершались службы им. Тогда почитание связывалось с противостоянием советской власти. Многие рассматривали их как политических союзников, а не духовных учителей. Возможно, это сыграло свою роль: коммунистическая идеология пала, новомученики прославлены, но теперь воспринимаются как «неактуальные». Нет икон новомучеников в божницах верующих, нет ежедневной молитвы им.

Сегодня, в условиях СВО, в стране фактически нет православных людей, которые готовы заявить о своей оппозиции государству. И это понятно: церковный народ ощущает свою ответственность в дни противостояния внешнему врагу. Соответственно, изменилось и отношение к исповедникам коммунистической эпохи: мол, да, они гордо выбрали противостояние власти, частное дело «спасения собственной души», а ведь могли бы поучаствовать в строительстве нового общества, пусть и согрешая вместе со всеми, могли бы преобразовывать своим участием страшное время и людей вокруг. Непримиримая позиция новомучеников к власти наткнулась на усталость русского человека от революций. Зато одобряется компромиссная позиция митрополита Сергия, который говорил, что Церковь должна быть со своим народом, а значит, со своим государством и его руководством.

Беря интервью для «Веры» у свидетелей эпохи репрессий, мы замечали: люди часто молчали о своих пострадавших родственниках, хотя им уже ничего не грозило. Видимо, травма, нанесённая народу, была слишком глубока. Темой занимались отдельные люди и институции, например в Коми – Фонд «Покаяние» и светлой памяти его руководитель Михаил Рогачёв. Незадолго до кончины он говорил мне, что архивы перекрыты так плотно, что проект «Покаяние», по-видимому, придётся закрывать. Вижу, что всё меньше в светских СМИ информации об исповедниках и репрессиях. Это умолчание не провозглашается на государственном уровне, но, по-видимому, отражает всё то же настроение в народе: оттеснить память мучеников куда-нибудь с глаз долой, в специально отведённые для этого места вроде Бутовского полигона, и говорить об этом только во время каких-нибудь юбилеев.

Но есть ещё одно. Обращаясь к святым, мы привыкли просить через них у Бога конкретные блага жизни: у св. Пантелеимона – здоровье, у свт. Николая – удачи в пути и пр. И это нормально. Но часто святых мы представляем теми, кто должен исправить врачебные или судебные ошибки, помочь нам устроить жизнь комфортнее. Взамен мы готовы поставить свечки и сделать пожертвование. И это наше потребительское отношение к святым делает обращение к новомученикам неуместным. Чего можно попросить у них? Избавления от страданий? Достатка? Но они сами были разорены и страдали и через это восходили к святости. Мало кто хочет для себя такого пути. Мы можем просить у них просветить нас в том, как улучшить свою духовную жизнь, дать силы для правильного выбора между добром и злом. Но спросим себя: часто ли мы об этом просим, приходя молиться в храм?

Мне скажут, что я слишком тороплю время. Почитание мучеников-первохристиан складывалось века. И это так: должно пройти время, чтобы подвиг наших русских новомучеников был осмыслен и оценён. Но если эта работа не будет совершаться ныне и присно, этого может не произойти никогда.

← Предыдущая публикация     Следующая публикация →
Оглавление выпуска