Про птичку, которая в стужу спасает

В 1937 году на весь мир прогремела слава четверых советских учёных-полярников. На целых девять месяцев их домом стала дрейфующая к Северному полюсу льдина. Вернее, небольшая палатка (она же научная станция), сооружённая посреди льдины из алюминиевых труб и брезента, с надувным резиновым полом. Как же они в таком жилище посреди арктических снегов не замёрзли? А вот как: спасла их от холода и сырости небольшая северная птичка – гага.

Как у многих птиц, самочка гаги неприметна, а самец наряден – чтобы отвлекать хищников от гнезда

Это её пухом утеплили брезентовые стены, спальные мешки и куртки. «В нашем гагачьем домике, – вспоминал руководитель экспедиции Иван Папанин, – было даже жарко: нам не страшен был никакой мороз».

Иван Папанин: «В нашем гагачьем домике было даже жарко: нам не страшен, хотя бы во время сна, никакой мороз»

И для нынешних полярников и альпинистов гагачий пух незаменим. А ещё очень нужен он в Японии – жители этой страны не отапливают жилища зимой, экономя топливо, а стараются теплее одеваться, так что ради одеяла на гагачьем пуху не жалеют никаких денег.

Портнихам шить куртки и одеяла с пухом гаги одно удовольствие: пушинки имеют микроскопические крючочки и сцепляются друг с другом в одно «облако», не разлетаясь. Если случайно порвать куртку из гагачьего пуха, не беда – он не «вытечет» в образовавшуюся прореху, как это бывает с пухом других птиц.

Биолог Александра Горяшко демонстрирует одно из удивительных свойств гагачьего пуха: он не разлетается даже при сильном ветре

Но вообще-то шить такие вещи приходится нечасто – гагачий пух очень дорог. Когда-то ради него, самого лучшего в мире утеплителя, птиц убивали. В начале прошлого века гага чуть было не исчезла с лица земли. Но, к счастью, люди вовремя это заметили и забили тревогу.

Интересный факт: первыми защитниками гаги в конце XIX века стали насельники Соловецкого и Трифоно-Печенгского монастырей. На Соловках, где обитали гаги, в сторожке поселились два монаха, которые охраняли птиц от браконьеров и собирали пух из гнёзд, после того как птенцы выведутся и гнёзда опустеют. (Надо сказать, что этот способ единственно правильный. И птицы живы, и пух, которым выстлано гнездо, самый ценный, ведь заботливые родители выщипывают у себя с груди и брюшка нежнейшие и теплейшие пушинки.)

Гаги устилают гнездо нежнейшим и теплейшим пухом, который выщипывают у себя с груди и брюшка

Не зря трудились монахи-сторожа: если в 1887 году возле Соловецкого монастыря гнездилось всего 50 гаг, то в 1913-м их стало больше двух тысяч. Правда, после революции гагу снова едва совсем не истребили в некоторых местах, пока охоту на неё не запретили. А доброе дело северных монахов продолжили в 30-х годах XX века: на Мурмане было устроено два гагачьих заповедника.

А вот в Исландии и Норвегии гагу разводят и обходятся с ней по-божески с незапамятных времён – чуть ли не с XII века. Даже премиями в XVIII столетии награждали тех, кто придумывал, как устроить самое лучшее гагачье хозяйство. С тех пор и существует тут «пуховая арфа» – приспособление из натянутых верёвок для очистки гагачьего пуха от мусора: разных веточек, стебельков и травинок.

Такие гагачьи фермы устраивают в Исландии

Сейчас, в середине июля, на небольших островах в Баренцевом и Белом морях особенно шумно и оживлённо. К крикам взрослых птиц прибавился громкий писк птенцов. В это время они дружно вылупляются из яиц, вылезают из гнёзд и уже на второй день жизни бегут, путаясь в стеблях травы, за мамой-гагой учиться всему, что должна уметь порядочная морская утка. Вот малыши уже ловко, как она, ловят мошек, клюют прошлогодние ягоды вороники. Но на суше не задерживаются – мама-утка ведёт их к морю, ведь это родная стихия гаг, на земле они бывают, только когда строят гнёзда и высиживают птенцов. Хорошо, если гнездо рядом с морем, а если осторожная гага спрятала его далеко от воды, то порой малышам приходится отважно прыгать за матерью в волны с 10-метровой скалы. Но чего-чего, а морских волн гагачата не боятся с рождения. Иной раз налетит шторм, вздыбятся двухметровые буруны… Глядь – а на склоне водяного вала гага со своими детками. Секунда – и волна рушится в пучину, но гагачья команда успевает дружно нырнуть в волну и появиться на склоне следующей. Отставать нельзя: чуть только зазевается птенец – станет добычей чайки. Потому-то мама-гага отпугивает чаек, с хриплыми криками летающих над волнами: выпрыгивает из воды навстречу хищникам.

Морских волн гагачата не боятся с рождения

Гаге никогда не холодно в ледяной воде – её греет собственный пух, к тому же между перьями много воздуха. А если ей надо взобраться на крутые прибрежные скалы, то ей помогут лапки – на их перепонках множество бороздок, вот птица и не скользит.

За века у гаги с человеком отношения сложились не самые дружеские – привыкла она бояться людей. Но там, где с птицей обращаются ласково и заботятся о ней, она становится доверчивой и даже клюёт крошки с руки. Прав был святитель Иоанн Златоуст, который сказал: «Человек всего более должен учиться милосердию – оно-то и делает его человеком».

 

      ← Предыдущая публикация     Следующая публикация →
Оглавление выпуска

Добавить комментарий