Место для храма

События в Екатеринбурге и последовавшее за этим нападение на резиденцию Святейшего Патриарха Кирилла – это, конечно, предупреждение для всей России, для Церкви, для власти и общества, для всех нас.

Сначала расскажем о том, что произошло. В одном из скверов Екатеринбурга местные промышленники вызвались построить собор во имя святой Екатерины – небесной покровительницы города. Это третья попытка найти место для храма. Первые две, как утверждается, не позволила реализовать местная общественность. Что не совсем верно. Места действительно были не вполне удачные. Скажем, идея возвести 75-метровый храм на насыпном острове посреди пруда выглядела очень красиво, пока геофизики не напомнили, что рядом проходит линия метро, которое может не выдержать сотрясения вследствие забивки свай под собор. После чего архитекторы предложили еще восемь мест под храм. Остановились на сквере.

Итак, третье место – сквер. Знакомство с этой историей началось для меня лично с видеоролика, где какие-то молодые активисты прыгают с криками: «Кто не скачет, тот за храм». Это калька с лозунга киевского майдана: «Кто не скачет, тот москаль». Как и тогда, за очевидным безумием можно различить действия профессионалов. Появилась, скажем, информация, которую подхватили оппозиционные СМИ: что, кроме храма, застройщики намерены возвести три дома высотой до 30 этажей. Это чистая правда – намерены. Но не в сквере, как решили практически все, кто это прочитал, а в совершенно другом месте. Перед нами хорошо подготовленный опыт манипуляции.

Неслучайным выглядит и нападение на резиденцию Святейшего, которую забросали дымовыми шашками, вывесив транспарант с требованием извиниться за случившееся в столице Урала. Это сделала группировка, называющая себя националистической, – Ассоциация народного сопротивления. Одна из структур, копирующих до мельчайших подробностей запрещённый в России «Правый сектор». Эти люди оскорбительно отзываются обо всей русской истории, в том числе высмеивают Победу, восхищаются государственным переворотом на Украине и открыто призывают повторить его. Нет данных о том, кто направляет эту публику в России. Но, как мне удалось выяснить, для тех её представителей, которые оказываются в Киеве, американское посольство проводит встречи и семинары.

Возмущаться по этому поводу бессмысленно – противников у России всегда хватало. Интерес представляет другой вопрос – что нам с этим делать? Мы ведь прекрасно знаем, что эпидемии опасны прежде всего для сообществ с ослабленным иммунитетом. Указание Владимира Путина, что судьбу храма должны решать сами екатеринбуржцы, сбило накал страстей, повысило авторитет президента. Но как выглядит в этой ситуации Церковь? Я бы не сказал, что хорошо, как, впрочем, и власти Свердловской области.

Когда мне в руки попал проект (его презентовал фонд Святой Екатерины), затем – схема расположения храма, который задумали построить недалеко от драмтеатра, сложилось впечатление, что сквер если и не исчезнет, то превратится в зелёные насаждения вокруг собора. Говорят, деревьев не станет меньше: одни из них обещают перенести, вместо других – тех, что не спасти – высадят новые. Но того сквера, что есть сейчас, уже не будет, и потому часть жителей Екатеринбурга этим озабочена. Чем и воспользовались организаторы проекта.

После того как власти страны попросили вернуться к обсуждению строительства храма, вновь заговорили о возможности возвести церковь к 300-летию города в другом месте. Кстати, по словам горожан – не протестующих, а обычных людей, в большинстве своём выступающих за строительство храма, удобная площадка есть примерно в 800 метрах от нынешней, тоже на набережной. Там сейчас стоит закрытая больница и несколько дряхлых общежитий, которые давно собираются снести. Весь город сказал бы спасибо, если бы музей трущоб под открытым небом превратили в красивый парк с церковью. Да, конечно, богоборцы могут придумать новые возражения. Но нам нет никакого дела до их истерик – они не должны влиять ни на наши «за», ни на наши «против».

Мне хочется, чтобы даже у далёких от Церкви людей храм вызывал добрые чувства – радость, благоговение, чтобы на душе становилось теплее. Но в случае со сквером у театра драмы я испытываю сомнения и смущение. Каждый кусочек природы в городах – это Божий мир, который хоть как-то смягчает давление каменных джунглей. Если бы сквер был в два-три раз больше или вместо большого собора на краю сквера поставили небольшую церковь – это было бы замечательно. Впрочем, даже не это главное. Я люблю свою Церковь, и мне кажется, эта история ей повредит. Не в глазах бесноватых активистов – им храмы мешают везде, а в глазах обычных людей всё выглядит как-то не очень здорово. Храмы в городах не должны создаваться вместо скверов, детских площадок, чего-либо ещё, представляющего ценность для всех. Они должны преображать, делать прекрасными места неприглядные, безликие – пустыри, спальные районы. Или занимать такие места, где ничему не повредят. Неправильно, мне кажется, когда людей ставят перед выбором – храм или сквер. Это не выбор между добром и злом, верой и неверием, а психологическая ловушка, в которую никого загонять не стоит. Даже если одному человеку это помешает прийти к Богу, вина будет на нас, христианах. Это значит, не хватило чуткости, такта.

Если бы с самого начала обсуждение места строительства главного храма уральской столицы было максимально публичным, нынешнего взрыва, вероятно, удалось бы избежать. Вместо этого власти общественное обсуждение провели формально, желая просто продавить строительство, как это у нас делается сплошь и рядом. В результате инициативу перехватили те, кто намеренно, ради денег, тщеславия, из глупости или каких-то ложных идей готов разрушить свою страну.

Заповедано: «Я посылаю вас, как овец среди волков: итак будьте мудры, как змии, и просты, как голуби». Нельзя исполнять это напутствие Господа наполовину, если мы хотим спасти то, что нам дорого.

 

 Оглавление выпуска  Следующая публикация →

 

Добавить комментарий