Рубрика: Отчина

Украинский дневник

«И зачем вы туда попёрлись, в революцию эту? Острых ощущений захотелось?» – спрашивают меня знакомые. Объясняю им, что на Украину мы выехали 13 февраля, когда ещё никто о возможности кровавого переворота не помышлял, и цель была самая обычная – написать, как живут там наши братья православные. Не верят… Да и я бы тоже не поверил, слишком уж всё совпало. Редакционная экспедиция Игоря ИВАНОВА и Михаила СИЗОВА в № 703, 704, 705, 706, 707, 708, 709. (Продолжение. Начало в № 703–708) Из путевых записок Игоря Иванова: Листочек на ветру Когда хочешь понять мир, в котором ты волею судьбы оказался, главное – правильно настроиться. Для этого нужно постараться самоумалиться. Сказать себе: вот, я просто листочек, который какими-то ветрами занесло в этот край; меня продолжает кружить над землёй, и всё, что я могу, – это смотреть на горы, стоящие тут миллионы лет, на леса, растущие столетиями, на величественные храмы и совсем невеликие хатки с их обитателями… Да, многое у нас на Севере иначе, но всё, что я вижу здесь, принимаю как дар Господень: Он благословил так, потому что знает добродетели, грехи и норов местных жителей, душу здешнего народа… Об этом думал я, бродя между могил почаевского городского кладбища, сравнивая его с нашими северными погостами. Конечно, беспорядка

Украинский дневник

«И зачем вы туда попёрлись, в революцию эту? Острых ощущений захотелось?» – спрашивают меня знакомые. Объясняю им, что на Украину мы выехали 13 февраля, когда ещё никто о возможности кровавого переворота не помышлял, и цель была самая обычная – написать, как живут там наши братья православные. Не верят… Да и я бы тоже не поверил, слишком уж всё совпало. Редакционная экспедиция Игоря ИВАНОВА и Михаила СИЗОВА в № 703, 704, 705, 706, 707, 708. (Продолжение. Начало в № 703–707) Из путевых записок Игоря Иванова: Монастырская ограда Конец зимы, но чем поразил меня Почаев – земля здесь уже зажила, запахла! Ещё в ложбинах, под заборами снег, а над городом, над монастырём витает этот глубокий, сытный запах преющего чернозёма. Автовокзал возле самого монастыря, но чтобы войти в обитель, нужно долго идти вдоль внушительной стены – а с горы в тебя будет вглядываться златоглавый и многоглазый собор: кто это приехал, свой или чужак? Любят монахи говорить, что для них все свои, но жизнь монаха в сравнении с жизнью этих стен коротка – много они повидали на своём веку. И вряд ли те, кто на автостанции развесил объявления «Организация поездок на майдан», – «свои» на монастырских службах. Пока идёшь, есть время подумать, каким же богам они служат

«Спасительно быть добрым хозяином»

“Благосостояние как самоцель – это нелепо. Ведь само по себе оно не делает человека счастливым, с ним связана масса искушений, которые отравляют жизнь. Оно должно служить высшей цели – воссоединению человека с Богом, с другими людьми, с природой и с самим собой. Служить, но не мешать”… О том, какой согласно христианским представлениям должна быть экономика рассказывает отец Максим Стыров. Беседа с отцом Максимом Стыровым об экономике и этике «Богатство – не проклятье» – Отец Максим, вы уже не первый год пытаетесь донести до верующих и неверующих своё понимание того, какой должна быть экономика согласно христианским представлениям. Насколько вам это удаётся? – Потребность в понимании, как совмещать экономическую деятельность и нравственные законы, велика, и не только среди христиан. На материальные попечения, на то, чтобы обеспечить себя и свою семью – обуть, одеть, накормить, – мы тратим больше половины всего активного времени и жизненных сил. При этом очень многим людям у нас в стране эти усилия кажутся чем-то недостойным, не очень чистым. Не могу с этим согласиться, вспоминая слова одного из мыслителей, что экономика – это воплощённая этика. То есть хозяйство можно и нужно строить в соответствии с Библейскими заповедями. В Евангелии очень много внимания уделяется именно хозяйственным отношениям: труду, милостыне, займам, воздержанию и так далее.

Украинский дневник

«И зачем вы туда попёрлись, в революцию эту? Острых ощущений захотелось?» – спрашивают меня знакомые. Объясняю им, что на Украину мы выехали 13 февраля, когда ещё никто о возможности кровавого переворота не помышлял, и цель была самая обычная – написать, как живут там наши братья православные. Не верят… Да и я бы тоже не поверил, слишком уж всё совпало. Редакционная экспедиция Игоря ИВАНОВА и Михаила СИЗОВА в № 703, 704, 705, 706, 707. (Продолжение. Начало в № 703–706) Из путевых записок Игоря Иванова: Стемнело. В быстро растущей толпе я потерял Михаила. Решил обойти эстраду, зайти с другой стороны. Там, в полумраке, стремительной походкой, о чём-то переговариваясь, не шли, а слетались на майдан чёрные униатские семинаристы и духовенство, вытаскивая на ходу епитрахили, – невольно пришло сравнение в голову со слетающимся вороньём. С обратной стороны на деревьях и заборе висело много рукописных лозунгов, среди которых я отметил один: «Львов + Донецк = Украина», – и подумал, что вот приеду в Донецк, как раз и проверю, так оно или нет… Выйдя с другой стороны площади, я увидел поднявшуюся на сцену молодую женщину, очень напомнившую мне комсомольского секретаря былых лет. Местная специфика заключалась в том, что выступала она не на фоне ленинского профиля, а на фоне огромной

Украинский дневник

«И зачем вы туда попёрлись, в революцию эту? Острых ощущений захотелось?» – спрашивают меня знакомые. Объясняю им, что на Украину мы выехали 13 февраля, когда ещё никто о возможности кровавого переворота не помышлял, и цель была самая обычная – написать, как живут там наши братья православные. Не верят… Да и я бы тоже не поверил, слишком уж всё совпало. Редакционная экспедиция Игоря ИВАНОВА и Михаила СИЗОВА в № 703, 704, 705, 706. (Продолжение. Начало в № 703–705) Из путевых записок Игоря Иванова: Вера и привычка – Скажите, отец Николай, как в 90-е годы получилось, что ваш храм остался незахваченным? – Думаю, дело в том, что во Львове все знали, что это именно русский храм. Он с самого основания 113 лет тому назад жил в соответствии с киевской традицией. Даже в годы, когда здесь была мощная Львовская православная епархия, он стоял особняком. Храм ориентирован на русскоязычное население, так и должно быть. Если вдруг здесь кто-то выступает на украинском языке – бывают гости, священники, – прихожане порой возмущаются: почему это в русской церкви говорят на украинском?! Но если мы возьмёмся узнать национальный состав прихожан, то удивимся, как много здесь галичан – процентов десять, наверно. Мы должны понимать, что храм-то у нас фактически один в