Автор: Михаил Сизов

Баварские сёстры

В нынешнем году исполняется 10 лет обители преподобномученицы Елисаветы в Бухендорфе. Это единственный православный женский монастырь на территории Германии. Наш корреспондент встретился с его настоятельницей, игуменией Марией (Сидиропуло). Матушка охотно отвечала на вопросы, тем более что газету нашу она знает, некоторые номера «Веры»-«Эском» выставлены в информационной комнате монастыря, куда водят паломников. ПО РАСПИСАНИЮ – Матушка Мария, поклон вам с Русского Севера. Никто из наших краёв у вас не подвизается? – Паломники-северяне изредка бывают. А среди сестёр у нас только две русские: одна приехала из Латвии, другая москвичка, но давно живёт в Германии. Есть сербка, латышка, две немки, я сама гречанка. Другие сёстры – из смешанных браков, в основном русско-немецких. – Вы российская гречанка? – Из тех греков, кто в 1921 году из Малой Азии, бывшей Византии, бежал от преследований. Они перебирались через Чёрное море в Россию, хотя там была уже не Россия, а РСФСР. С началом войны греков-переселенцев вместе с этническими немцами депортировали в Казахстан. В 1991 году моя семья переселилась в Грецию, уже оттуда я поехала в Германию. Здесь и пришла к монашеской жизни. – Как это было? – Честно говоря, монашеский путь у меня давно уже начинался, просто здесь он оформился. Познакомилась я с владыкой Марком (Арндтом), архиепископом

День за днём

Молодежь с Христом
Страсти по Кижам
Возвращение святых мощей

Сам не плошай

Каждый год с Рождественских чтений, которые проходят в январе в Москве, привожу я что-то новое для себя. Конечно, нынче Чтения уж не те, что прежде, но и они родили во мне какую-то новую мысль-ощущение: «Несовершенства “вообще” не существует, если оно возникает, то по воле человека». Как-то так. …Утро, чешу по Сретенскому бульвару, опаздывая на научную конференцию. Гудящий поток машин, озабоченные лица прохожих навстречу. Вот и нужное здание. Минут десять ищу парадную, начиная уже нервничать. Наконец во дворах натыкаюсь на неприметную железную дверь с табличкой: «Институт экономических стратегий Отделения общественных наук РАН». Под ней объявление, что конференция переносится на четыре часа. Ну и ну! – Тоже на конференцию? – раздался голос сзади. Подошедший священник с беспечным видом прочитал объявление и посоветовал мне: – Рядом Сретенский монастырь, там о монашестве говорят, сходите… Так я попал туда, куда и не думал идти. Монастырский актовый зал полон чёрных клобуков, похоже, один я здесь такой пёстрый. Усаживаюсь. Никуда спешить уже не надо… На стенах зала огромные панно: слева – колосящееся рожью поле, и свет с нарисованного неба так удивительно падает, словно поле живое; справа – бурное море в стиле Айвазовского. Не ликами святых зал расписан, а картинами присутствия Бога во всём. И то верно: не

Северный приют

/Михаил Выгин/ Восьмилетний мальчик пишет записку о здравии папы и всех родных, оставшихся в осаждённом Краматорске. Сюда, на подворье Валаамского монастыря в г. Приозёрске Ленинградской области, маленький беженец прибыл 14 июня вместе с мамой. Пока она устраивалась в частном доме, куда семью пригласила жить одна из местных прихожанок, мальчик успел покататься на лошади. Её привёл специально другой житель северного городка, чтобы развлечь ребёнка. Как пишут на страничке «Сердце есть» (vk.com/pomogi.priozersk), «приехавший из Краматорска мальчик от такого общения стал больше улыбаться и радоваться!». Подворье разместило уже более полусотни беженцев. Трое суток ждали автобус с 37-ю участниками православного детско-юношеского хора, которому с большим трудом удалось выбраться из Донецкой области. Когда дети приехали, расходиться по квартирам, предоставленным добрыми приозёрцами, захотели не все – и костяк хора остался вместе, поселился в одном из залов «Школы русской культуры Сергия и Германа Валаамских». Никто не жалуется. Единственная проблема – наши северные белые ночи, из-за которых детишки отказываются ложиться спать и подолгу играют. Игрушек им не хватает, поскольку семьи бежали от войны, взяв лишь самое необходимое. На страничке «Сердце есть» объявлен сбор пожертвований.

После Троицы

Июнь – хочется жить да радоваться. На телефон пришла эсэмэска от знакомого священника: «В храме свт. Великого, Осиновая роща, начались службы. Приглашаю помолиться вместе». Стояла на окраине Петербурга пустая трансформаторная будка, а теперь это церковь с куполами, внутри благолепно, пол перед аналоем усыпан свежей душистой травой. «Это дорожка к исповеди», – поясняет батюшка. Хорошо! И день рождения Церкви – праздник Троицы-Пятидесятницы – нынче чудесно прошёл, светло. Особую торжественность придало то, что в этом году отмечаем 700-летие преподобного Сергия Радонежского, созиждителя Дома Живоначальныя Троицы. Сама дата была в мае, но поминание продолжается. Сообщают, что в его честь в Коломенском за сутки и без единого гвоздя возведён храм – копия того, что был построен по указу Петра I на Соловках. А в Крыму открыли памятник игумену земли Русской. Каждый по-своему может почтить память преподобного. Я, например, решил посмотреть видеопроповеди о нём. Один из самых популярных проповедников нашего времени – киевский священник Андрей Ткачёв. Говоря о Сергии Радонежском, он обратил внимание на чудо, совершённое преподобным ещё до рождения на свет. В храме во время богослужения трижды из чрева его матери раздавались крики, причём в особые литургические моменты – при чтении Евангелия, на Херувимской и на возглас из алтаря «Святая святым» перед евхаристическим раздроблением