Русская икона «Умягчение злых сердец», ставшая итальянской «Мадонной дель Дон»

В России нечасто говорят об итальянской агрессии эпохи Великой Отечественной войны: врагом был германский нацист, а вовсе не растерянный, голодный и небритый «макаронник».

Недоумение и суровое сострадание перед бездыханным телом солдата-итальянца звучит в стихотворении Михаила Светлова, написанном в 1943 году:

Чёрный крест на груди итальянца,
Ни резьбы, ни узора, ни глянца, –
Небогатым семейством хранимый
И единственным сыном носимый…
Никогда ты здесь не жил и не был!..
Но разбросано в снежных полях
Итальянское синее небо,
Застеклённое в мёртвых глазах…

В этом тексте Светлова явно сквозит искренняя жалость, пожалуй даже милосердие – то, что на итальянском обозначают понятием «пьета». Обращает на себя внимание и образ нательного крестика у павшего солдата, говорящий об известной религиозности итальянцев (в то время как кресты у немецких солдат и на их военной технике носили лишь декоративно-распознавательное значение, безо всяких аллюзий на христианство).

Но действительно: как итальянцы оказались в донских «снежных полях»?

Их отправил на смерть диктатор Муссолини, ошибочно посчитавший Гитлера грядущим победителем. Вермахт даже не желал итальянского участия на Восточном фронте, зная о слабой подготовке итальянской армии и её провалах на Балканских и Североафриканских фронтах.

Итоги Восточного похода Муссолини таковы: 230-240 тысяч мобилизованных в «Итальянскую армию в России», из них около 100 тысяч павших и около 65 тысяч военнопленных. О масштабах национальной драмы может свидетельствовать другой факт: в Россию из Италии отправилось 700 железнодорожных составов с солдатами, а вернулось лишь 17, причём последний военнопленный итальянец репатриировался лишь в феврале 1954 года!

Так закончился римский поход на «защиту тысячелетней европейской культуры»: смертью своих солдат Муссолини подписал и смертный приговор самому себе.

Дон стал знаком этой трагической эпопеи, как в мемориальном, так и религиозном ключе. Альпийцы, хоть и отличались особой стойкостью, не смогли выдержать позиционных равнинных боёв под шквалом «Катюш» и без танковой поддержки. Одно из решающих столкновений с Красной Армией произошло на юге Воронежской области, близ городка Белогорье. На восточный берег Дона итальянцы после кровавых сражений выйти так и не смогли, и этому посвящён особый памятник, установленный у Белогорской переправы после победы.

На западном же (оккупированном) берегу среди разбитых и горящих изб итальянцами была обретена русская Богородичная икона, которую они сразу же окружили глубоким почитанием, наименовав Донской – Madonna del Don. К традиционной Донской иконе Божией Матери канона «Умиление» (празднование 19 августа по ст. ст.) она отношения не имеет. Как нам кажется, возможен вариант Дева Мария Донская – таким образом учитывается и характерный для почитания Пресвятой Марии нюанс: на Востоке основное молитвенное внимание обращено к ней как к Матери Божией, на Западе – как к Приснодеве. (Кстати, в месте её нынешнего нахождения, в капуцинской базилике в Местре, на листке с русским текстом она титулуется именно как Дева Мария Донская.)

Обстоятельства обретения таковы. В ноябре 1942 года 5-й полк альпийской дивизии «Тридентина» выходит к Дону. Батальон «Тирано» – по имени одного альпийского городка в Северной Ломбардии – дислоцируется близ города Павловск, в бывшей казачьей станице Белогорье. При батальоне командирован военный священник, капеллан дон Поликарпо, монах-капуцин, в миру носивший имя Нарчизо Крозара, родом из городка Вальданьо, регион Венето. Именно к нему и обращаются альпийцы со словами: «Мы нашли Мадонну!» Возглавляет группу лейтенант Джузеппе Перего – он и ведёт священника к одной из разрушенных изб. В ней находится поразившая солдат икона Божией Матери «Умягчение злых сердец». Итальянцы вместе с доном Поликарпо молятся перед образом и забирают его с собой: дон Поликарпо водружает образ в избе, отведённой под походную капеллу.

Отчего их поразила именно эта икона, найденная в Белогорье? Ведь, вне сомнения, и капеллан, и солдаты ранее видели русские иконы – Казанскую, Владимирскую, Тихвинскую… Однако традиционные, византийского канона образа мало тронули их души. На этот раз они увидели икону, которая напомнила им «родных» Мадонн.

Образ «Умягчение злых сердец», очевидно, проник в Россию через юго-западные русские, а также украинские земли, отразив католическую иконографию «Божией Матери Скорбящей» – Mater Dolorosa. Об этом писал позднее в своей мемуарной записке и сам дон Поликарпо: «Этот лик Мадонны показался мне таким отличным от обычно виденных и таким похожим на прекрасных Мадонн из наших краёв». Вот почему итальянские солдаты кричали: «Мы нашли Мадонну!» Белогорье в прошлом было казачьей станицей, близ которой находился и пещерный монастырь, устроенный казаками: вероятно, икона «Умягчение злых сердец» попала сюда через них.

Начинается развал итальянского фронта. Лейтенант Джузеппе Перего гибнет при отступлении 23 января в бою при Арнаутове в Белгородской области. Капеллан хранит у себя икону и молитвенно обращается к ней при разного рода обстоятельствах. Так, он рассказывает о пленённом и раненном красноармейце, пытавшемся покончить самоубийством: дон Поликарпо с Богородичным образом в руках умолил его не совершать такого тяжкого греха (о дальнейшей судьбе красноармейца не сообщается).

Знаменательны слова католического священника: «Я увидел, я почувствовал, что у этой святой иконы пребывают два народа, которые воюют между собой, но тут в любви к Божией Матери – пусть в час ненависти и крови – вдруг ощущают себя братьями».

Когда одного контуженного альпийца срочно отправили в Италию, дон Поликарпо вручил ему Богородичную икону с просьбой передать её своей собственной матери в Венето, так как он по долгу службы должен был оставаться при дивизии. В сентябре 1943 года уже на территории Северной Италии он был арестован немцами за отказ служить в т. наз. республиканской армии Муссолини. После разгрома нацизма, весной 1945 года, священник вернулся на родину в Венето, где его ждала мать – и икона Madonna del Don, перед которой она молилась в ожидании сына.

С того момента начинается почитание в Италии Донской Девы Марии – в первую очередь среди «солдаток», жён тех итальянцев, что не вернулись с Восточного фронта. Дон Поликарпо воспринимает это как призыв от Самой Божией Матери и объезжает с иконой города и веси, устраивая перед ней моления. Он возвышенно называет свою поездку по Италии «Крестовым походом любви и прощения». Постепенно икона стала восприниматься и как икона ветеранов Русской кампании: к этому призывал сам священник, «в чаянии умиротворения душ, потревоженных войной», – воистину умягчение злых сердец.

Её принятие католиками облегчалось, как об этом говорилось выше, художественной и типологической схожестью с Мадоннами, близостью к итальянской религиозности и чувствительности. Западный образ Скорбящей Девы Марии, Mater Dolorosa, иначе Vergine Addolorata, в действительности почти тождественен иконе «Умягчение злых сердец», где также изображены семь мечей (или стрел). Один из изводов Mater Dolorosa так и называется – Мадонна Семи Скорбей. Близки православное и католическое толкования изображаемых мечей (стрел), которые относят их к исполнению пророчества к Матери Божией от старца Симеона Богоприимца: «Тебе Самой оружие пройдёт душу» (Лк. 2, 35). Образ «Умягчение злых сердец» пишется с вонзёнными в сердце Богоматери мечами – по три справа и слева, один снизу. Число семь для православных обычно означает полноту, избыточность чего-либо, а в данном случае – полноту и бескрайность того горя, печали и «болезни сердечной», что испытала Богородица во время Её земной жизни.

В 1667 году в обиходе Римско-Католической Церкви утвердилась официальная месса в честь Скорбящей Мадонны, или Мадонны Семи Скорбей, и особое её празднование – 15 сентября, в то время как Православная Церковь чествует эту икону на Сретение. Также к Mater Dolorosa следует возвести истоки почитания другой русской иконы, «Семистрельной», которая пишется с вонзёнными в сердце Пречистой мечами – тремя справа и четырьмя слева (празднование 13 августа).

В 1967 году по пожеланию капуцинского священника дона Поликарпо странствующую Мадонну поместили в базилику капуцинов в Местре, сухопутном предместье Венеции, в особом, торжественном по архитектуре и убранству приделе, в окружении множества мемориальных досок, преимущественно от ветеранов Русской кампании. Курирует Богородичный придел Национальная Ассоциация альпийцев, региональные секции которой по очереди, раз в год, снабжают оливковым маслом неугасимые лампады перед иконой.

В 1976 году для Донской Девы Марии была составлена особая месса, а после её первого совершения кардинал Джованни Урбани, Патриарх Венецианский, так обратился к образу: «О Пресвятая Дева, мы собрались у Тебя для молитвы. Как рады мы Твоему прибытию из дальних русских земель к нам в Местре, в этот благолепный храм монахов, детей святого Франциска Ассизского. О дражайший образ, останься среди нас и стань залогом единства христиан, которого мы так желаем».

В 2002 году икону официально провозгласили Небесной покровительницей всего действующего Альпийского корпуса. Установлено и особое празднование – каждое второе воскресенье октября. В Италии почитание иконы растёт: в некоторых храмах устроены приделы (капеллы) в её честь, к примеру в Сампьердарена (близ Генуи) и в Реджо-Эмилии; возникли её копии, «списки» – самая известная, рельефная копия из терракоты была выполнена скульптором Сильвани Леопарди для церкви в Терминилло по заказу Римской секции Национальной Ассоциации альпийцев.

Для первоначального образа в базилике в Местре скульптор Аджелиндо Модесто изваял прекрасный оклад из серебра весом в 14 кг со сценами обретения иконы и чудес от неё. По её сторонам, в стеклянных чашах, – вода и земля, привезённые с Дона.

В декабре 2011 года в Местре встретились две чудотворные иконы «Умягчение злых сердец» – одна итальянская, другая российская, мироточивая. Встреча внутри базилики капуцинов произошла по почину православных клириков, и одним из её организаторов был настоятель Венецианской общины жён-мироносиц протоиерей Алексий Ястребов, кстати, житель Местре. Вот репортаж об этом событии:

«…В Миланском аэропорту Мальпенса икону встречали настоятель прихода святителя Амвросия Медиоланского Русской Православной Церкви в Милане иеромонах Амвросий (Макар) и клирики его прихода. Затем в церкви прихода началось непрестанное поклонение иконе, продлившееся до 6 часов утра следующего дня. 9 декабря икона отправилась в Падую и Венецию… Перед обеими иконами был отслужен молебен с акафистом. Затем верующие смогли приложиться к святыне. По окончании поклонения кортеж с иконой отбыл в Милан. С 8 по 14 декабря иконе смогут поклониться жители итальянских городов Брешия, Парма, Генуя и Турин».

Рассказывает другой организатор этой необыкновенной встречи, игумен (ныне митрополит) Митрофан (Баданин):

«На молебне у стоящих рядом двух удивительных икон присутствовали как наши православные прихожане, так и итальянцы. Это была очень важная встреча. Важная для умягчения наших сердец, так ожесточённых страшным XX веком… На прощание всех собравшихся помазывали истёкшим миром. Стоявшие несколько поодаль и наблюдавшие за происходящим со стороны католические монахи не выдержали и тоже подошли под помазание…»

Михаил ТАЛАЛАЙ, кандидат исторических наук, г. Неаполь, Италия

(Печатается в сокрщ. по кн.: «Страдания и скорби в спасении человека. Сб. статей», Мурманск, 2020)

← Предыдущая публикация     Следующая публикация →
Оглавление выпуска