Рубрика: Слово

Уголёк

Рассказ иерея Николая Толстикова

Пасхальное послание Патриарха Кирилла

архипастырям, пастырям, диаконам, монашествующим и всем верным чадам Русской Православной Церкви

Ты плохо меня знаешь

С собой у них был один на двоих топор, один на двоих мешок и одна на двоих идея. Бомжи хотели разбогатеть…

Приходинки

Николай Толстиков ПРО СТАРЦА ФЁДОРА Духовное училище открылось в нашем городе в начале лихих девяностых. Своего помещения у него не было, занятия проходили в классе обычной школы, и за парту для первоклашки не мог взгромоздиться иной студент-верзила. Студенты – народ разношёрстный: кто Богу готов служить, а кто просто любопытствует. Преподаватели – немногочисленные местные батюшки, только-только вырвавшиеся из цепких лап уполномоченных по делам религий. Историю Ветхого Завета вёл у нас отец Аввкумий, добродушный лысоватый толстячок средних лет. Учебников нет и в помине, а семинарские конспекты у батюшки, видать, не сохранились, или своё время он не особо усердствовал, их составляя. Нацепит на нос очочки отец Аввакумий и монотонно читает Ветхий Завет или кого из учеников это делать благословит. Потом прервёт резко: – А давайте я вам расскажу про старца Фёдора! И вдохновенно повествует о молитвенных подвигах местночтимого святого. В конце года батюшка экзамен принимал просто: – Кому какую оценку надо поставить? Школяры во все времена скромностью не отличались: ясно – «отлично»! Вот только отец ректор училища усомнился в таких успехах своих подопечных и устроил переэкзаменовку. Вызывал по одному. Сидит перед ним студент, ёрзает беспокойно, что-то невнятное мямлит, а потом вдруг заявит решительно, точно рукой махнёт: – Можно я вам расскажу про старца

Семейное насилие

Мария САРАДЖИШВИЛИ – Вот говорят – семейное насилие. Верно говорят. Это самое насилие я постоянно терплю, – рассказывает Элисо. – Вообще же о нас прямо сериал можно снимать. Ну, начну от Ноева ковчега… 16 лет я замужем, и каждый день – как на линии фронта! Когда Заур меня привёл, сразу было видно, что характер у него тяжелейший. На панихидах к своим родственникам начинал приглядываться: «Почему ты на него посмотрела? А этот зачем так нехорошо тебе улыбнулся?» На пустом месте криминал выищет – и всё, вечер гарантированно испорчен! Заур был такой же, как многие парни его возраста: курил травку, не работал. Так мы прожили несколько лет. Я родила Дато. Работала в одной фирме, имела хорошую зарплату. Заводить других детей мы не собирались. Я сначала думала: вот ребёнок родится, и муж изменится. Какой там, ещё хуже стало! С нами произошло как в той поговорке: «Не было бы счастья, да несчастье помогло». Дато серьёзно заболел. Пробовали лечить, но безрезультатно. Мой муж смотрел на это, смотрел, а потом сгоряча дал обет: если сын поправится, бросит не только травку, но и курево. Он считал, что это за его грехи ребёнок отдувается. Странно, но факт – у Дато относительно скоро всё наладилось. Зауру пришлось идти в

Деревенский богослов

Дмитрий Хорин Василий не был профессиональным строителем. К своим двадцати шести годам успел он отслужить в армии, побыть послушником в монастыре и даже заочно окончить одну из провинциальных семинарий. Правда, несмотря на надежды, возлагаемые на него настоятелем, монахом так и не стал: женился на одной из паломниц. После этого не спешил рукоположиться и в белого священника, решив вначале как следует испытать надёжность обретённого семейного счастья. В середине 90-х церковнослужителям платили немного – семью не прокормишь, а Василию очень хотелось трудиться на благо Церкви. Помыкавшись по храмам и испробовав в них самые разные должности и послушания, начал он смиряться с мыслью о необходимости поиска светской работы. И тут он встретил своего давнишнего монастырского знакомого. Как оказалось, друг Василия уже много лет руководил небольшой строительной бригадой, с которой разъезжал по всей стране, выполняя различные подряды. Бригадир, будучи человеком православным, постарался и людей собрать вокруг себя единомышленных: каждый год строители во славу Божию выполняли заказ от какого-нибудь монастыря или сельского прихода. В тот год бригада собиралась ехать в далёкое северное село возводить храм, и бригадир пригласил Василия. Он согласился, рассудив, что эта работа даёт ему шанс одновременно и послужить Церкви, и со временем поправить своё материальное положение (ведь после этого доброго дела будут

Рождественское послание Святейшего Патриарха Московского и всея Руси КИРИЛЛА

Преосвященные архипастыри, досточтимые отцы, всечестные иноки и инокини, дорогие братья и сёстры! Ко всем вам, проживающим в разных странах, городах и весях, но составляющим Единую Русскую Православную Церковь, обращаюсь я в сию святую ночь и от души поздравляю с мироспасительным праздником Рождества Христова. Сердечно приветствую вас, дорогие мои, и молитвенно желаю, чтобы мы все исполнились духовной радостью от совместного участия в этом великом торжестве и насладились пиром веры, как сыны и дщери Божии и друзья Христовы (Ин. 15, 15). Ныне созерцая тайну Боговоплощения, мы стремимся понять, каков смысл события, произошедшего две тысячи лет назад в Вифлееме, и какое отношение оно имеет к нам и нашим современникам. Святой апостол Павел пишет: «Когда пришла полнота времени, Бог послал Сына Своего (Единородного), Который родился от жены, подчинился закону, чтобы искупить подзаконных, дабы нам получить усыновление» (Гал. 4, 4-5). А что же предшествовало этой полноте времени? Вся история человечества до Рождества Христова, по сути, есть история поисков Бога, когда лучшие умы пытались понять, кто же является источником той сверхъестественной силы, присутствие которой в жизни, так или иначе, ощущает каждый человек. На пути богоискательства люди, пытаясь обрести истину, впадали во всевозможные заблуждения. Но ни примитивный страх человека перед грозными явлениями природы, ни обожествление природных стихий,

КРЕСТИНЫ

/Священник Ярослав Шипов/ Возвращаюсь из соседнего района – по благословению архиерея совершал первое богослужение в восстановленном храме, а прямых дорог туда нет, надо давать большого крюка и даже выбираться в другую область, чтобы проехать на поезде. Вот и еду. Ночь. Клонит ко сну. Прошу проводника разбудить меня возле нужного полустаночка и засыпаю. А он сам проспал, и пришлось ехать до следующей станции. Ночь, метель, кроме меня, никто не сошёл с поезда. Бетонная коробочка – вокзал. Промёрзшие скамьи. Расписание – обратный поезд после полудня… Постучался в дверь с надписью: «Посторонним вход запрещён». Говорят: «Войдите». Вхожу: теплынь, и женщина-диспетчер сидит перед пультом. Объясняю ситуацию, прошу погреться. Разрешила и даже угостила чайком. Над пультом – схема железнодорожного узла: два магистральных пути и один тупичок – не больно сложно, надо признать. Работой она определённо не была перегружена, и мы потихоньку разговорились. Выяснилось, что мужа у неё нет, то есть он, конечно, был, но, как водится, сильно пьющий, потому пришлось его выгнать, и от всей этой канители остался непутёвый сын-школьник, которого надо бы, пользуясь случаем, немедленно окрестить. Ещё выяснилось, что я смогу выехать в восемь утра на путейской дрезине, а до того времени в нужную сторону вообще никакого движения не будет. Крестить так крестить. Осталось

Ботиночки

/Сергей Прокопьев/ Перебираю архивы и натыкаюсь иногда на такие сердечные факты… Рассказала бывшая сотрудница Людмила Попова. Свёкор её с Алтая. Четыре его брата жили с отцом под одной крышей. Отец – непререкаемый авторитет в семье, как и мать. Сыновья заикались иногда, мол, не лучше ли каждому вести отдельное хозяйство. Но отец исходил из принципа: коллективный труд продуктивнее. Считал, что, разбежавшись по своим углам, столько не наработаешь, как мощным, хорошо организованным сельхозпредприятием. Пресекал на корню частнособственнические разговоры сыновей о разделе. И только угроза раскулачивания в период коллективизации заставила отделить сыновей. Но поздно спохватился, раскулачили всех поодиночке. В совместном хозяйстве насчитывалось до пятнадцати лошадей, двадцать коров, были сеялки, жнейки… Зажиточно жили. Будущий свёкор Людмилы – младший в семье. В первый месяц, как женился, отправили его с молодой женой Полиной на ярмарку продавать коня. Впервые доверили столь ответственное дело. Из практического соображения: пора становиться самостоятельным мужиком. Что называется, толкнули с лодки – плыви. Было велено купить спички, соль, керосин и мыло. Мыла приобретали немного, только для умывания и на банные нужды, для стирки варили щёлок. Юные муж и жена всю дорогу в телеге бок о бок. Сердца поют от этой навсегда дозволенной близости. Не надо краснеть, стесняться, озираться – не увидел бы кто.

Бабушкина история

/Инна Сапега/ Когда закрылась дверь за родителями, девочки окружили бабушку: – Бабуля, расскажи нам что-нибудь! – Что папа с мамой сказали? Умыться, переодеться и марш в постель! – Но ведь Пасха! – Вот именно – сегодня пасхальная ночь. – Хорошо, бабушка, тогда ты расскажи нам пасхальную историю! – не унимались девочки. Бабушка вздохнула, пряча улыбку, и сдалась: – Хорошо! Расскажу вам кое-что. Только… – и она выразительно посмотрела на кроватки. Бабушка была большой мастерицей рассказывать: её истории всегда завораживали и увлекали. Потому Клаша и Дуня быстренько умылись, надели свои пижамы и прыгнули под одеяла. – Мы готовы! – крикнула Дуня. – Ис-то-ри-ю! – затараторила Клаша. – Ишь какие! – улыбнулась бабушка, войдя в комнату. За ней с хитрой мордой следовал кот Базилио.. – Готовы? Что же, слушайте, есть у меня для вас одна история. Бабушка выключила в комнате большой свет и зажгла ночник. Затем села поудобнее в кресло, закутавшись в тёплую овечью шаль. Кот запрыгнул ей на колени. Бабушка почесала ему за ухом и начала свой рассказ: – Когда я была маленькой девочкой, мы жили в деревне. Жили мы хорошо, но началась война, и папу моего отправили на фронт. А нас у мамки уже двое было – я да мой братишка