Рубрика: Отчина

«Ответ не пиши…»

Владимир Григорян

Бунт на броненосце: пожалуй, самой «тяжёлой и срамной истории» (по словам Николая II) Российского флота 14 июня исполнилось 110 лет. Бунт разложенного революционной агитацией экипажа корабля Черноморского флота «Князь Потёмкин-Таврический» привёл к уничтожению одесского порта, убийству офицеров, сдаче боевой единицы в румынский плен, печальным внешнеполитическим последствиям для страны… Об уроках предательства читайте в этом материале.

На Великую: беседы в пути

Константин Майбуров

75 тысяч паломников в 180-километровом Великорецком крестном ходе было нынче – их количество постепенно приближается к дореволюционным ста тысячам. Как и в прошлом году, к паломникам присоединился наш корреспондент Константин Майбуров. Читайте первую из его заметок с нынешнего крестного хода.

«Неувядаемый цвет»

Цветник

Троица – праздник, когда принято украшать храмы и дома травой и цветами. Цветы – образ даров Духа Святого здесь, на земле, своим благоуханием они напоминают христианину духовное небо.
О цветоводе Анне — рассказ Ольги Иженяковой

Баба Катя. Русская судьба

Владимир Григорян
«Её голос – трагический и радостный одновременно. Это говорит её душа, сделанная из того же материала, что у людей на образах. Кто не понимает, почему наш народ победил в самой страшной войне, которую знало человечество, слушайте…» Рассказ 90-летней русской женщины…

Крест на берегу (часть 2).

Михаил Сизов
Из-под воды поднялся остров, и на нём выросли рожь с овсом, хотя никто их не сажал. Прежде здесь был Леушинский монастырь. Он возрождается под началом матушки Кириллы (Червовой)…

Крест на берегу (Часть 1)

Михаил Сизов и Игорь Иванов побывали в Вологодском селе Мякса. Недалеко от него когда-то стоял Леушинский Иоанно-Предтеченский женский монастырь.

На высоких берегах

Сельский библиотекарь Антонина Ивановна Трофимова рассказывает о своём посёлке Сия

Берегите Ангелов

БЕРЕГИТЕ АНГЕЛОВ
Леонид ГАРКОТИН

Анвар-иван

Ольга Иженякова Если бы не было развала Союза, правоверный мусульманин Анвар, знающий наизусть все стихи Пастернака и Есенина, жил бы в солнечном Термезе с 2500-летней историей, на самой границе Узбекистана и Афганистана, и преподавал бы в школе русский язык и литературу. Но жизнь распорядилась иначе. Ещё не окончив педагогический институт, Анвар с молодой женой в одночасье сменил родину, а затем и веру. Вспоминает: «Когда началась политическая неразбериха, узбеки погнали русских. За одну ночь они стали плохими, их стали бить, унижать прилюдно. А за убийство русского даже милиция дела не заводила… Местные начали захватывать их машины, дома. Я про себя молился, был в стороне. Какой спрос с учителя? Каждый человек должен быть на своём месте. И я был на своём – так мне казалось. Но когда в мечети увидел ковры, отобранные у русских… Не знаю, как это передать. Я не смог туда зайти, ступать по этим коврам. Бог – это любовь. Он пришёл в этот грешный мир, чтобы спасти нас». Мой собеседник замолкает. Видно, что слова ему даются нелегко, как нелегко дались и столь радикальные перемены. Словно угадав мою мысль, он продолжает: «Вспомните слова апостола: «Несть иудей, ни эллин: несть раб ни свободь; несть мужеский пол, ни женский; вси бо вы

ЖРЕБИЙ ВЫБИРАЕМ САМИ

У СТАРОГО ДОМА Уже много лет помогает нам сотрудник миссионерского отдела Санкт-Петербургской митрополии Сергей Лукин. Присылает пресс-релизы о конференциях по единоверию и старообрядчеству, сообщает о фестивалях знаменного пения, подсказывает темы и адреса интересных людей. Без него, например, не смогла бы появиться в «Вере» статья о традициях Древней Руси «Вопрошания о чистоте» (№ 621, октябрь 2010 г.). И когда представилась возможность встретиться с ним вживую, ожидал я увидеть человека с благообразной бородой и (не удивился бы!) в русской косоворотке. Встретил же меня петербургский интеллигент, причём потомственный. О его предках и зашла у нас речь… Но прежде Сергей Александрович пригласил к себе домой, где по русскому обычаю его хлебосольной супругой Наталией был накрыт стол. После молитвы к домашней трапезе присоединился и пятилетний сын Лукиных. – Так, за общим столом, за разговорами родственников, я и узнавал историю своего рода, – улыбнулся хозяин. – Помню, в какой-то праздник кушаем, угощения выставлены, и бабушка вдруг говорит, что в блокаду съели всё, что имелось белкового в квартире. Даже кошечек, не при ребёнке будет сказано. Мальчик важно дополняет папу: – А к бабушке залетел снаряд в комнату. Её ранило, но легко. – Бабушка жила на Фонтанке, окнами в сторону Пулковских высот, откуда немцы били, – поясняет Сергей