Календарь над столом

На днях, глянув на календарь, охнул: половина лета пролетела! Хорошо, что он у меня над столом висит – этакая напоминалка о быстротекущих днях. Сколько крестных ходов прошло по России, сколько событий и праздников совершилось за это время! А я сиднем провёл май и июнь за компьютером, мысленно оправдывая себя не только большим количеством работы, но и плохой погодой. Но потом наступила жара, а я по-прежнему не вылажу из-за стола. Единственно, что успел – в Москве коротко побывать…

Да, в столице нашей Родины, третьем Риме, не верящей слезам, первопрестольно-златоглавой и, как недавно выразился мэр Собянин, единственном городе на свете, где одновременно строится 200 храмов…

Москва провинциала встречает по-разному, но верна себе всегда. Настоящий страх оказаться зажатым в пробке где-нибудь в третьем ряду на Третьем транспортном кольце – как в советское время очередь в «Гастроном» за куском колбасы, так теперь здесь, по сути, та же злая очередь, но уже за куском индивидуального автомобильно-личного пространства. Потом лежишь в номере, пытаясь заснуть, и слушаешь поднимающийся-опускающийся лифт за стеной, и шум магистрали внизу, и сквозь веки – кислотный отсвет мигающей на доме напротив бессмысленной рекламы. А утром, в маршрутке, когда в уши всверливается словесная отрава от ведущих радиостанции, – раздражение вместе с бессилием что-то изменить. И стресс, когда боишься не успеть все дела, а потому весь день на взводе, точно воздушный шарик, готовый лопнуть. А к вечеру, понимая, что не сделал и половину запланированного, думаешь: да провались оно всё пропадом! Плюс ещё этот сладковатый от бензиновой гари и пыльный воздух! И когда, совершенно измотанный, ты заходишь в супермаркет, тупо смотришь на прилавок и не понимаешь, что же тебе надо: слишком много всего, слишком яркие этикетки, словно в отделе детских игрушек – всё пластмассовое! И деньги, которые в Москве имеют всегда особую, сакральную, значимость, в последние годы, как обнаруживаю я, приросли «правильным питанием», «здоровым образом жизни» и тому подобными неврозами. Борьба с вредными привычками как навязчивое состояние; уверенность, что, обретая привычки полезные, становишься «успешнее». Когда нет свободы и возможности властвовать над другими, маленький человек начинает безжалостно властвовать над собой. Отчуждение в большом городе, иногда именуемое независимостью, неустранимо. Город порабощает, заставляет играть по своим правилам… И среди этих правил – бесконечные городские праздники, фестивали, парады и т.п. Они действуют как анестезия, и потому важна их непрерывность – думаю, власть это хорошо понимает. В этом году таким наркотиком стал чемпионат мира по футболу, и неплохо, в общем-то, всё получилось, потом будет что-то ещё…

Но наконец и – прощай, Москва! Желанно иногда затеряться в толпе, насладиться свободой от себя самого, но всё же провинция мне милей. Усталый, ещё не пришедший в себя после столицы, я неспешно качу по шоссе в ночи ну километров под 90, но вдруг оно – шоссе – внезапно кончается. Вместе с машиной я едва не улетел в какое-то озеро. Потом стою, внутри утихает дрожь, а подо мной бездонное, усыпанное звёздами небо, отражающееся в тёмной глади воды. Но – удача! – на дороге мне попался стрелковый тир. Я взял винтовку Мосина и, несмотря на своё зрение, на то, что держал это сильно отдающее в плечо оружие первый раз в жизни, послал пять пуль точно в цель. И только тогда мне окончательно полегчало после Москвы, стресс ушёл.

…И вот сейчас, взглянув на календарь, я решил: надо что-то делать. Вспомнил о приглашении друга приехать в деревню и на следующий же день направился к нему, за сотню километров от города. Расстояние важно психологически: нужно не понарошку уехать, требуется настоящий отрыв. Близость к городу даёт ощущение какого-то непостоянства – нет-нет да и проскользнёт мысль, что, если вот позвонят с работы и что-то срочное, тут же в машину и обратно. А когда больше сотни километров – другое дело. Да и жизнь в таких местах протекает в другом темпе: дачников мало, народ в основном оседлый, обзаведшийся хозяйством. Другой мир.

Утро в деревне. Проснулся спозаранку от… тишины. В окно лениво бьётся муха. Запах свежеструганного дерева. Забытый, из детства, вкус натурального молока. Улица пуста, потому что все давно уже проснулись и каждый занимался своим делом. На крыльце россыпь звуков: стрекочущий в траве кузнечик, рокочущий где-то трактор, глухая перебранка в соседском дворе, забрехавшая лениво собака и даже отдалённый визг циркулярной пилы – всё действует на меня умиротворяюще. На рыбалку, что ли, сходить… И тут я вспоминаю, что никогда, ни разу не смог даже странички написать в деревне. И в этот раз, чую, не напишу, хотя и надеялся. Это, конечно, дело субъективное – кому-то тут рай для творчества. Я же себя чувствую словно пчела, попавшая в мёд.

Есть, конечно, в деревне и свои «обстоятельства». Только что прошествовал с неопределённым видом местный пьянчужка за опохмелкой – скоро он будет возвращаться косой и затеет ненужный разговор «за жизнь». Может быть, сама неспешная жизнь среди природы располагает к тому, что встречаешь здесь слишком много людей зависимых – от алкоголя, от мнения других, от телевизора, от суеверных привычек. Ещё бедность, часто порождающая зависть. И ведь прекрасные люди, однако, как говорится, «не то делаю, что хочу, а что ненавижу, то делаю». Но главное – это тревожащее ощущение огромного нежилого пространства окрест: на десятки вёрст вокруг больше ни одной деревни, люди съехались на центральную усадьбу – и всё чаще выходят на околицу из таёжной тьмы поохотиться на дворняг волчьи стаи…

…Возвращаясь из деревни в свой провинциальный городок, я размышляю о том, что жить бы нужно там, где Господь тебе определил обстоятельствами рождения, здоровья, наклонностей. Всё равно же человек больше того места, где он живёт, – он сам вселенная. Хорошо там, где душе покойно. Но по мне так лучше там, где можно работать. К свободе призваны вы, братия, говорит апостол Павел, «но любовию работайте друг другу». Только такая «работа», такое служение даёт мир сердцу.

Через несколько часов я уже снова сижу за компьютером, просматривая редакционную почту. Но нет-нет да и подниму голову, гляну на календарь…

Добавить комментарий