Из высшего света — в иноческую келью

В небольшом селе Гусёвка Волгоградской области находится обитель, которую в народе прозвали «малой Оптиной». Это второе наименование Ахтырский женский монастырь получил благодаря живому участию в его судьбе Амвросия Оптинского. Как же так произошло, что великий старец из Калужской области руководил строительством далёкого монастыря? Гусёвская обитель была основана во второй половине XIX века. Но, по словам первопоселенцев, ещё до основания общины на этом месте случались чудеса: звенели невидимые колокола, слышалось молитвенное пение. Тридцать сестёр, желавших потрудиться Богу, собрались в г. Камышине в 1860 году и создали общинное хозяйство. Позже ими был устроен приют для странников и богомольцев. Своего храма у сестёр не было, на службу ходили в село Гусёвка. Община бедствовала и была из-за долгов на грани закрытия, вот и решил местный священник отец Иоанн обратиться к святому Амвросию Оптинскому за советом и помощью. И мудрый старец благословил свою духовную дочь, княжну Годейн, помочь обители, что она и сделала, став главным благотворителем. На её средства была выкуплена заложенная общиной в банках земля, построены храм и другие монастырские сооружения.

Инокиня Елизавета (фото с сайта semyarossii.ru)

Кто же такая эта Елизавета Годейн?

Её отец, Николай Петрович, был генералом и добрейшей души человеком. Мать, происходившая из грузинского царского рода Багратионов-Мухранских, – фрейлиной Её Величества. В семье уже росла годовалая Александра, и вот Господь подарил родителям ещё одну дочку. Детство Лизы было беззаботным и счастливым. Её обучали на дому приходящие учителя, она знала несколько иностранных языков, путешествовала по Европе. Ей прочили удачное замужество и блестящую, богатую событиями светскую жизнь, мать заставляла её посещать балы и приёмы. Но молитвы, песнопения и уединение были милее Елизавете. Несмотря на то, что женихов у юной и богатой девушки было хоть отбавляй, Лиза смотрела сквозь них, а утехи высшего общества казались ей скучны. Подруг у неё (ввиду её мировоззрения) практически не было. Разве что Вера Сергеевна Аксакова – сестра видных русских славянофилов Константина и Ивана Аксаковых.

В 1875 году Елизавета остаётся практически единственной наследницей огромного состояния, и уже никто не может удержать её от ухода в монастырь. Её первоначальной идее о поселении в Шамордино не суждено было сбыться. Амвросий Оптинский благословляет свою духовную дочь на переезд в Гусёвку. Так высокообразованная и чрезвычайно богатая дама из знатного рода переезжает жить в маленькое село. На протяжении всей жизни она постепенно распродаёт свои имения (кстати, одно из них – Горки – стало известно в советское время благодаря Ленину). Все средства Елизавета вкладывает в Гусёвскую обитель, которая при ней расцвела, отстроилась и будто явилась заново.

Елизавета вела активную переписку с Амвросием Оптинским, и он духовно наставлял Елизавету, ласково называя её «новая Лия», то есть такой же кроткой и покорной Богу, как библейская Лия. Их переписка в основном касалась хозяйственных вопросов и духовного возрастания духовной дочери. Под руководством опытного духовника Елизавета Годейн смогла постепенно добиться верха нестяжания и самоотречения. Она и в миру жила по заповедям, но, уйдя в монастырь и передав все свои средства на его возрождение, духовно превзошла того богатого юношу из Евангелия, который не смог раздать своё имение нищим и пойти за Христом. В 48 лет Елизавета примеряет на себя иноческие одеяния. Постричься в мантию ей мешает природная скромность, сознание недостоинства носить монашеское облачение. Выросшая в высшем обществе, Лиза не была приучена к физическому труду и потому не могла нести тяжёлые монашеские послушания. Она пробовала работать физически, но быстро изнемогала. От природы хрупкая и болезненная, она писала иконы, вышивала, читала и пела на клиросе. Молиться могла сутки напролёт, была очень добра характером – её любили сёстры монастыря и искали у неё духовной поддержки. Помогала не только монастырю, но и случайным просителям. Её смирению и нестяжанию не было предела.

К концу своей жизни она очень ослабла, страдала горловым кровотечением и тяжёлой болезнью лёгких. Ужасные приступы, сопровождавшиеся кашлем, удушьем и кровотечением, изнуряли её. Нужны были усиленное питание, лечение в курортных условиях, но она продолжала жить в малюсенькой келье-«скорлупке» и питаться скудно и просто. Как только чувствовала себя лучше, старалась помочь другим болящим. Люди прозвали её «живоносным источником» – она примиряла ссорящихся и успокаивала раздражённых, вытаскивала из уныния и просто несла людям добро и свет.

В последние годы жизни инокиня Елизавета, как и её духовный отец, могла принимать людей только полулёжа. Но до самой последней минуты не переставала молиться Богу, каяться, творить дела милосердия. Перед смертью в полузабытьи она прошептала: «Получила небольшую награду, а не знаю за что…» Последние слова «потушите свечу» были сказаны с улыбкой.

Всё необходимое для похорон было собрано любящими сёстрами. На момент смерти, 3 декабря 1904 года, у княжны из рода грузинских царей ничего не было. Она дошла до вершины аскетизма, нестяжания и милосердия и оттуда устремилась на встречу с Господом. Похоронили Елизавету Годейн на территории монастыря 7 декабря. Тело её лежало в натопленном храме пять дней и не только не подавало признаков тления, но и производило лёгкое благоухание.

В годы советской власти монастырь был разграблен, но сейчас восстанавливается и выглядит очень ухоженным и красивым. В 2012 году на территории монастыря нашли склеп и останки нескольких человек. Совсем скоро станет известно, какие именно останки принадлежат подвижнице. Долгие пять лет идут различные согласования. Для того чтобы увековечить память Елизаветы Годейн, нужно было произвести эксгумацию останков родственников, а они, как писалось ранее, похоронены в фамильной усыпальнице грузинских царей. В общем, трудностей много. Но у нынешней настоятельницы монастыря матушки Серафимы есть надежда на то, что скоро экспертизы закончатся и на территории монастыря наконец-то можно будет достойно захоронить останки подвижницы, духовной дочери Амвросия Оптинского и родственницы Багратиона – инокини Елизаветы Годейн, отдавшей ради благоденствия Гусёвской обители всё, что у неё было.

Юлия Молчанова, Волгоградская область

 ← Предыдущая публикация     Следующая публикация →
Оглавление выпуска

Добавить комментарий